Чем больше Костя слушал свой пугающе вкрадчивый внутренний голос, тем больше он от него отмахивался, тем больше ему хотелось говорить с той, что сидела напротив.
В глазах его была искренность и что-то еще. Он даже поймал себя на мысли, что, выйди девушка сейчас из-за стола, он бы пошел бы за ней, объяснил бы, что он здесь один и что хотел бы, чтобы кто-то был рядом с ним, показал ему этот громадный город.
Возможно, почувствовав это, а может, заинтересовавшись, Сьюзи втянулась в разговор и дала понять, что у нее есть еще немного времени, чтобы посидеть с таким ретивым собеседником. Он поспешил заказать ей и себе по пиву, но Сьюзи отказалась и сделала выбор в пользу чая. Немного досадно, впрочем, к чему расстраиваться? Девушка рассказала, что она работает в фирме, которая по роду деятельности связана с Россией. В частности, у нее есть пара клиентов из Санкт-Петербурга, но она там никогда не была, зато знает о Великом Новгороде немножко, а из истории – об Иване Грозном.
– В наши жестокие времена такие персоны не перестают быть популярны! – сказал ей Костя, беззаботно шутя. Он настроился на новую знакомую, и это его радовало.
Хорошо, что она не знает обо всех этих проблемах в его жизни – об изменах, о его малодушии. А еще интересно, как бы она отнеслась к тому, что, пока они обсуждают Ивана Грозного, он рисует у себя в воображении картины, нет, целые пейзажи или даже устраивает выставку картинной галереи с полотнами, на которых запечатлены сцены их горячего секса? Имеется в виду не секс с русским царем, давно покойным, а Кости с этой миловидной англичанкой австралийского происхождения. Он «раздевал» ее глазами, уже обожая эти сине-зеленые глаза, улыбку, пирсинг, потом смущался и «одевал» ее обратно, и так несколько раз подряд.
«Извращенец чертов», – окрестил он себя. Помогло, ведь он услышал ее ответ, очнувшись от приятных миражей:
– Типа того! Помню, я впервые увидела его на той картине, где он грохнул своего сына.
– Припадочный был мужик. Но от этого никуда не деться. История дает нам знать, как было до нас и как мы пришли к тому, что имеем сейчас, – ответил черноволосой девушке Костя, допивая пиво. – А чем ты обычно занимаешься?
– Кроме работы я развлекаюсь… Концерты, клубы, тусовки. А почему ты спросил?
– Я не знаю, как бы это понятно изложить, – начал Костя чуть смущенно, – но… в общем, я бы хотел провести остаток времени здесь с кем-то, кто будет рядом. Я понимаю, что это наивно и что я не идеален, но я не знаю ни города твоего… ничего такого. Можно твой телефон?
Улыбнувшись, а потом рассмеявшись, Сьюзи сказала, что мобильник она ему не отдаст, а вот телефон он может записать, что Костя и сделал. Подозвали официанта, рассчитались.
Он сказал девушке спасибо, потом они легонько обнялись и разошлись. Пару раз он оглядывался и смотрел ей в след – вот она идет по улице, а вот переходит дорогу… Все это было как в кино, и он с грустью подумал, что они вряд ли увидятся и завтра все будет совсем иначе – это просто сейчас он веселый на фоне успешно проведенной встречи.
Внутренний голос (или голос внутри его головы?) был прав. Направляясь в отель, Костя вспоминал внешность человека, из-за которого он здесь, его раздражающий и такой мягкий баритон и прочее, прочее, прочее… Например, до сих пор он затруднялся описать его внешность – внешность того мужчины была настолько приятной, насколько она была отталкивающей. Вроде вот он – заказчик, партнер, клиент – как угодно его назовите, хотя разница огромная, конечно, – сидит перед Костей как на ладони, а вот возьмешься его описать, и сразу лицо пропадает, расплывается. Что за наваждение? Или, может, это сам Костя на ладони перед партнером?
Фразы эти еще дурацкие: «подпишете ли вы договор?», «конечно, наше сотрудничество будет взаимовыгодным и продолжительным», идеально ухоженный внешний вид – все это вместе настораживало, намекало на что-то ужасное и невероятное, о чем рассудок Константина не хотел догадываться, в то время как лоб его покрывала испарина.
«Нет, нет, – успокаивал он себя. – Это пиво, это стресс. Да и кроме того, кто после кофе будет пить алкоголь? Перелет – это тоже нагрузка, не забывай. Сейчас надо кончить ныть и просто идти в гостиницу. Там проспаться, а завтра будет новый день. И грустить нечего. Может, и правда со Сьюзи все получится», – думал Костя, охваченный желанием как можно быстрее попасть в отель и проспаться.
