Дайну встретили довольно спокойно и приветливо. Я больше переживала за Шеврина, но бриллиантовая с радостью согласилась на пробный поединок, как только все знакомства завершились. А уж поединок этот был… шикарным. Другого слова не подбирается вовсе. Две черные молнии метались по тренировочному залу, круша полы и стены — силовое поле не выдерживало ударов двух сильных драконов, пришлось его подновлять с учетом все большей силы. Пожалуй, Дайна могла бы дать фору и той сумасшедшей серебряной мамаше, но теперь этого уже не требовалось.
— Ты притащила нечто очень интересное, — констатировала Шиэс, когда тренировочный бой закончился, Шеврин и Дайна разошлись купаться и приводить себя в порядок. На их темных телах прямо на ходу зарастали царапины и шрамы. Выглядело это довольно странно и слегка пугающе.
— Я притащила что-то вроде приемной мамы… Знаешь, нам порой не хватает чьей-то твердой руки, — я кивнула на так и оставшуюся в полутрансформе дракониху. — Дайна, почему ты не примешь обычный облик?
— Вы будете меня бояться, — оскал ее показался надуманно агрессивным. Впрочем, если там что-то с внешностью…
— Не будем, у нас уже есть бриллиантовая дракоша, только молодая, — пояснять за все параллели будем потом. Когда поймем, что же мы получили.
— Тогда сами напросились, — оскал сменился гримасой боли.
Дайна стремительно менялась, превращаясь в женщину среднего роста и мощной комплекции. Она не была толстой, скорее крепкой, устойчивой и несколько подкачанной по сравнению с привычными нам драконьими красотками. А вот лицо… практически все лицо Дайны пересекал рваный неровный шрам, до сих пор хорошо скрытый чешуей. Прод черными чешуйками этого комара видно не было, зато теперь все можно было рассмотреть в полной красе. Шрам казался старым — его белые прожилки не затронули разве что глаза женщины.
— Сводить пробовала, ничего не помогает, — отвечая на наши невысказанные вопросы, произнесла Дайна. — Иллюзию увидят разве что люди, драконы же видят суть.
— Похоже на нашего Ворона, — протянула я, — только его дракон смерти бахнул.
— А меня укусил за голову, — вздохнула Дайна и вернула себе частичную трансформацию, таким образом заканчивая разговор. — Извините, это слишком… личное…
Так у нас поселилась Дайна — неплохой менталист, но похуже, чем Ольчик, отличный боец и просто замечательная семейная мама. Парни ее за глаза прозвали тещенькой, что было заслужено. Хотя вела она себя спокойно, никогда не кричала, но взялась за нашу дисциплину со всем старанием. И это очень кстати, учитывая наш ненормальный режим.
========== Часть 128 ==========
Мутное, плохо видимое пространство окружило меня со всех сторон. Я вырывалась как могла, но моих сил не хватало. Мне казалось, словно у меня отняли что-то важное, что-то такое, без чего я не смогу существовать. Я не видела ни себя, ни того, что меня окружает…
А потом все замелькало как калейдоскоп. Чужеродная конструкция корабля, даже не космического корабля, а что-то вроде платформы без верха. На ней стояла женщина и двое мужчин. Все холеные, красивые, какие-то… словно ненастоящие. Будто бы взятые с картин художника-перфекциониста, сделавшего свои творения идеальными. Вот только их лица серьезны, даже сердиты, женщина зла и недовольна.
— Эта падаль не сдохла! — она не говорит, а шипит, тыча пальцем с длинным золотым когтем во что-то, лежащее на краю платформы.
— Ну конечно, попробуй убей это дерьмо, — фыркнул один из мужчин. Его голос был слегка нервным, будто бы он боялся чего-то или просто волновался.
— Этого не может быть! — женщина взвизгнула на длинной ноте, от чего мне показалось, что мои уши заложило. Но… у меня нет ушей. И мне нечем слышать. И нечем видеть. А я вижу и слышу. Это все так странно…
Женщина опустилась на корточки, разглядывая странную комковатую массу под ногами. Она брезговала ее касаться, даже придержала изящным жестом длинные золотистые локоны, чтобы те ненароком не испачкались…
— Живая, сволочь! Без души, а живая, — вынесла вердикт она, брезгливо поджав губы, словно бы ее заставили смотреть на что-то настолько мерзкое, что и вообразить нельзя. Красивая, холеная, брезгливая…
Я мучительно пыталась вспомнить. С этой женщиной было связано нечто важное, нечто такое, что должно было приоткрыть мне секрет всего происходящего здесь и сейчас. Но вспомнить не могла, и это меня выбивало из колеи. Мне просто… нечем помнить. Я оглядывалась и вертелась, но никак не могла найти ни рук, ни ног, ни туловища, а ведь по идее они должны быть. В голове плескался мутный туман, но я стала подозревать, что и головы как таковой у меня тоже нет. Тогда что же я такое? И что разглядывает та блондинка у себя под ногами?
— Они же должны разлагаться вроде? — доселе молчавший самый молодой мужчина тоже подошел поближе. — А тления нет.
— Все мертвое разлагается, тупица! А она живая. Живучие твари. Нам бы вашу живучесть. Проклятый хаос! — блондинка разорялась, ее спутники — такие же блондины — молча слушали, стараясь не перебивать.
