Долго гости у нас не пробыли. Во-первых, им явно было не комфортно, во-вторых, мне тоже было с ними не комфортно. Либрис без ограничителей подавлял мощью, так что я радовалась, что убралась подальше с корабля. Наг выслушал историю находки, но вместо того, чтобы забрать яйцо, достал из кармана свиток и взялся на нем расписывать условия инкубации и содержания: температуру, влажность, длительность обогрева и необходимость переворачивать яйцо на другую сторону каждые двенадцать часов. Я сидела с приоткрытым ртом — помимо всех этих условий пошли еще условия содержания маленького высшего змея. Кормежка, питье, сдерживатели магии, специальные очки, чтобы он не превратил в камень нянек и прочих граждан и все в таком духе. Потом меня попросили сообщить им, когда вылупится ребенок и дописали координаты туда же на свиток.
Мне оставалось только кивать и офигевать от происходящего. Похоже, забирать находку никто не собирался. И помогать его выращивать тоже никто не думал. Ну, спасибо, хоть смертоубийство устраивать не стали…
Стоило либрису и змею покинуть катер, как я облегченно свалилась под стул. От чужой давящей силы плазму слегка выворачивало во всех смыслах. Наружу повылезали все спрятанные амулеты и браслеты. Пришлось пережидать эту неприятность и медленно возвращать все на свои места. Чувствую, с этим приобретением нам тоже будет весело. Особенно меня порадовал пункт «Инкубация один год — четыреста суток». Хорош год, ничего не скажешь. Ну хоть сами стазис сняли и на том спасибо…
Яйцо отправилось в инкубатор на Шаале, там для него сделали отдельную комнату, чтобы уж точно ничего не перепутать. Развернутый свиток с условиями содержания сунули под стекло и прикрепили на стенку — пусть читают сотрудники, авось за год и запомнят, что к василиску просто так подходить нельзя…
========== Часть 127 ==========
Несколько раз я попадала к одной странной драконихе. Первый раз я помню плохо, все смутно, будто бы она мне стерла память. Помню только лесную поляну и изящный драконий силуэт. Тогда я даже не знала, что это женщина. При втором своем посещении мне удалось разглядеть немного больше. Дракониха оказалась черной, с блестящей чешуей, как у Шеврина, вот только она не принадлежала к клану драконов смерти. От нее не веяло той жутью, которую обычно нагоняют обитатели этого клана. Да и ярко-голубые светящиеся глаза как-то не вписывались в классический облик. Она пыталась говорить о себе в мужском роде, но ее выдавала общая изящность движений, более изящная фигура и мягкая манера говорить. Складывалось такое впечатление, словно бы я говорю с давно забытой тетушкой. При втором посещении она впихнула мне в плечо амулет «на будущее», как она выразилась.
Я не слишком люблю подарки такого рода от незнакомцев, но мало ли. Вреда от амулета не было, следилок в нем тоже не было, плазма его не съела, значит пусть себе уже будет. Мало ли барахла во мне валяется… Изящная квадратная светлая металлическая коробочка уже погоды не сделает.
Третий раз я запомнила лучше всего. Дракониху звали Дайна и была она из клана бриллиантовых, что само по себе удивительно, поскольку бриллиантовые в нашей вселенной вымерли. На мое утверждение Дайна только посмеялась и загадочно произнесла:
— А кто сказал, что это твоя вселенная?
Вообще, она в чем-то права. Моя способность попадать туда, куда не надо, к тому, кому надо, иногда играет со мной странные шутки. То к драконам из другой вселенной ломлюсь, то вот в параллельные реальности заваливаюсь. Но раз я сидела на пеньке возле черной красотки, так и не пожелавшей принять человеческий облик, значит я ей нужна для чего-то. И пока она не скажет, для чего, я так и буду раз за разом попадать к ней.
— Ладно, это не моя вселенная. Тогда чья? — спросила я, понимая, что это мне ровным счетом ничего не даст. Вселенных намного больше, чем либрисов. Один либрис может создать несколько вселенных. А у каждой вселенной будет дохренилион параллелей, вероятностей и развилок, когда какие-то события пошли совсем не так, как в основной. А еще есть вселенные, которые создают сами люди фантазеры. И тогда уже мироздание подкидывает туда либриса. Черт, как же все сложно.
— Не знаю, но и не моя точно, — дракониха сверкнула острыми белыми зубами на вытянутой пасти. Во рту мелькнул ярко-розовый язык. Я задумчиво почесала голову — человеческая привычка никак не желала убираться, а отвыкать было сложно.
— И что предлагаешь делать? Так и будем сидеть, пока меня не вытащит к родным?
— Можно и посидеть… у меня уже давно никого не было в гостях, кроме тебя, — Дайна обвела рукой поляну, не преминув похвастаться яркими блестящими когтями. Черный цвет бывает порой настолько разным, что я просто поражаюсь. Блестящий черный, матовый черный, глубокий черный, насыщенный черный… Я тряхнула головой, отгоняя наваждение. Эта дама специально или невольно гипнотизировала меня.
— Я так понимаю, мы в твоем измерении? — я поймала пальцами бабочку и покрутила ее перед носом. Бабочка была обыкновенная, с сиреневыми крылышками и тонким пушистым тельцем.
