Гнетущая тишина… Время в темноте идёт медленно и бесконтрольно. Понять, сколько они сидят, люди не могли.
− Сколько времени прошло? − нарушил тишину Корн. − Я совсем закоченел!
− Да, сыровата эта комнатка, − Сартай поднялся. − Я думаю, уже наступила ночь. Будем потихоньку двигаться к выходу.
− А там что будем делать? Как выберемся, если оскальники не ушли?
− Ты − ничего. Главное, чтоб ночка темною была. Как выберемся? Молча.
К выходу из пещеры они добрались без происшествий. В проеме различался звёздный холодный свет, но глаза после полной тьмы стали хорошо различать силуэты в полумраке.
− Ночка − что надо. Сейчас согреюсь, − прошептал Сартай, поправляя пояс с метательными ножами, затем осмотрел лук, повесил колчан на бок и взял один меч.
− Ты что, туда пойдешь? − еле слышно спросил Корн.
− Да, ты будь здесь. Если оскальники будут ломиться в пещеру, топор тебе в руки.
Сартай осторожно подобрался к выходу. Огляделся окрест. Вдали, скрытый деревьями, горел большой костер. Оттуда доносились громкие голоса. Миротворец опустил на лицо маску, темная одежда растворялась в темноте. Он тихо проскользнул к ближайшим кустам, как осторожная ящерица…
Три стражника расположились за одним из кустов. Двое спали, свернувшись калачиком прямо на траве, третий дремал сидя, опираясь на копье. Голова дремавшего оскальника свисла. Чуть в стороне три фортэса, привязанные поводьями за вбитые в землю деревянные колы, дремали, опустив головы.
Сартай разобрался со спящими оскальниками быстро, одним мечом. Никто не издал ни звука. Сартай сделал петлю, от кустов пробираясь к костру. Вокруг огня сидело человек пятнадцать, в стороне к деревьям, привязаны фортэсы. Животных было около двадцати, остальных, оставшихся без всадников, видно погнали к каменоломне.
У костра шел оживленный разговор.
− Я своими глазами видел, − увлеченно рассказывал один из оскальников, уже пожилой на вид. − Варес взглядом поднял стул, затем опустил на голову одного сотника так сильно, что бедняга упал.
− Не может такого быть! Как это взглядом? Может, просто фокус такой? − прервал его молодой парнишка, почти юнец.
− Ты, сопляк, не веришь своему сотнику? − вспылил главный оскальник.
Сартай вынырнул из темноты почти рядом с людьми. Он встал во весь рост, прицелившись в пожилого.
− Э… Демон! ─ сотник указывал рукой на миротворца, челюсть его отвисла.
− Поиграем в прятки? − громыхнул Сартай зловещим голосом.
Стрела вонзилась в открытый рот сотника, издав в полете звенящий, металлический звук.
Люди вскочили, крича и ругаясь. Три молниеносных движения мечом, и два человека рухнули возле костра. Оскальники не знали, за какое оружие хвататься.
Все случилось так быстро, что Сартай успел беспрепятственно раствориться в темноте.
Никто не преследовал, оскальники создали круг, прикрывшись щитами. Кто схватил копья, кто луки. По их возгласам было ясно, что паника гуляет в их душах.
− Надо сматываться! − доносились возгласы. − Он нас в темноте всех перебьет!
Оскальники дружно ринулись к фортэсам. Сартай пробрался к трем возчикам, которые остались возле убитых стражей.
«Этих я вам не отдам», − прошептал он, фортэсы тихо порыкивали в темноте, беспокоясь от царившей вокруг суматохи. Их сородичи с шумом удалялись прочь от скал.
Через несколько минут вокруг стало тихо. Сартай вернулся к пещере, присел на холодный камень.
− Корн! Выползай из норы! − позвал он громко громилу.
Послышалась тяжелая поступь, появился громила. Топор покоился на плече гиганта, в левой руке свисали оба рюкзака.
− Что? Все что ли? Ты опасный человечек. Понравилось мне, как ты в пещере мечами шинковал оскальников и церов.
− У нас три фортэса, нам надо уходить сейчас, − миротворец встал, направился к скучающим животным. – Утром оскальники могут вернуться, ещё большим числом.
− Ух, как я задубел! Пошли, возле костра погреемся, − Корн энергично потер ладони.
Через час путники были уже далеко от пещеры. Верхом на трофейных фортэсах, третий шел запасным в поводу, временами тыча рогом в бок ведущему.
Луна вышла из-за туч, слабо освещая редкий кустарник в низинах. Миротворец и северянин уходили на север, решив сделать крюк.
Белый замок
Сплести слова, чтоб поняла душа,
суть человеческую, алчность и пороки.
Чтоб стыдно стало, мысли потроша,
как стадом все идут отроки.
А смысл познать ─ не надо целой жизни,
достаточно послушать мудреца.
« Я сам всё знаю», ─ говорит капризный,
толкая в сторону отца.
Путники ехали остаток ночи, когда солнце озарило окрестности, всё равно продолжали путь. Местность стала ровнее, деревьев почти не попадалось, лишь где встречалась вода, склоняли ветки ивы, росли груши-дички.
Солнце поднялось высоко, стало припекать безжалостно. Сартай приглядел место отдыха у небольшой речушки. Темно-рыжие фортэсы оказались смирными и ручными, видно поменяли не одного хозяина и постоянно были под седлом. Их расседлали и стреножили. Голодные животные жадно запаслись.
− Ох, и устал я! − Корн растянулся на траве, в тени ветвей раскидистого дуба, подложив рюкзак под голову.