− Бетрик… − Карик остановил фортэса. – Всё как всегда, а этого шустрого определи к чёрным и закрути в кандалы до завтра. А там посмотрим, что он за птица.
Куцебородый кивнул. Карик поехал в сторону и спешился, а обоз двинулся дальше по двору.
− А где Барга? – растерянно спросила молодая женщина с давно немытыми русыми волосами. – Барга мой где? Его убили? – она запричитала.
− Да нет, он ехал с нами, – ответил Карик, – может отстал по дороге…
− Где мой Баргааа? – женщина запричитала. – Его убили, да?
− Да отстань ты! – зло обрезал Карик. – Ещё гавкнешь что, полетишь со стены к прожорам!
Женщина через силу замолчала, закрыв рот ладонью, и убежала.
− Стой! – скомандовал Бетрик, когда телеги подъехали к амбару. Он был большим, ворота новые, дерево ещё не успело потемнеть. Внутри амбара что-то гудело, а из щелей исходило что-то белое и опускалось к земле. Так холодный воздух заходит в натопленный дом.
Сартая отвязали и повели по двору в сопровождении четырёх человек, за ними следом шёл куцебородый. Они вошли в каменное здание, затем все, кроме Сартая, достали что-то из карманов. Повесили себе на шею, раздались щелчки, и у каждого на груди зажегся белый свет. Он был неестественным, каким-то мертвенным. Все спустились вниз по винтовой каменной лестнице.
Темница… Она есть при каждом замке. Старая, по краям почти изъеденная ржой, дверь зловеще заскрипела, когда её открывали.
− А ну, чёрные, на выход! Груз приехал! – рявкнул куцебородый. При этом свете лицо у него острое, с резкими чертами. В нём нет ни капли хорошего или даже нейтрального. Лицо ястреба, который клюёт и разрывает когтями человеческие души.
Из темноты по очереди быстро выбежало около десяти мужчин, побежали вверх по лестнице. Одеты ужасно, можно сказать, в лохмотья. Немыты, нечёсаные. На ногах что-то типа лаптей, двое вообще босые. За ними не пошёл никто из охраны, и это было странно. Может, охрана ждёт вверху у дверей?
Сартая завели в темницу. Каменные стены от низа наполовину покрыты плесенью. От них тянуло холодом и сыростью. На каменном полу утоптанные соломенные подстилки. В дальней стороне цепи-кандалы с большими звеньями. Но они не тёмные и не ржавые, а почти белые, как будто не из простого железа.
− Прошу в объятия кандалов, − ехидно сказал куцебородый Бетрик.
Сартая подвели к ним и надели оковы на ноги. Затем небольшими воротками закрутили подобие гаек, затянув оковы так, что края стали давить на кости.
Если бы Сартай был в норме, то легко бы разобрался с этими четверыми в замкнутом пространстве и без оружия. Но он стоял со связанными руками, которых не чувствовал до локтей вообще. Ноги дрожали от усталости. Поэтому он стоял смирно, при неудачной попытке сопротивления было бы только хуже. Он умел оценивать ситуацию и свои силы.
− Скидывайте блоки, − приказал Бетрик.
− Но Карик не говорил, − возразил низкорослый рыжий мужичок, одетый попроще.
− Я сказал! Скидывайте! – уже повысив голос, повторил Бетрик.
− Как знаешь, сам с ним будешь разбираться! – сказал рыжий, подойдя к стене, где крепились цепи. А они зафиксированы не к стене, как сейчас разглядел Сартай, а к небольшим плоским каменным блокам, которые находились в небольшой нише в стене. Сартай понял, что это не ниша, а сквозное отверстие, когда рыжий толкнул блок ногой. Он провалился в пустоту, потащив цепью ногу. Сартая поволокло цепью к стене, от рывка голень опалило болью. Но он упёрся впереди себя в стену связанными руками, стараясь прижать ногу к полу. Если он её оторвёт от пола, то она вдавится в стену – груз блока немалый.
Рыжий обошёл и толкнул второй блок. Зазвенела цепь и обе ноги резко ударом прижало к стене. Сартай взвыл от боли, присел. Одну ступню затянуло в проём.
− Ну как тебе? – ехидно спросил куцебородый. – Ты убил моего двоюродного дядю. Скажи спасибо бывшему хозяину замка, он изощрён был на пытки.
Сартай молчал, стиснув зубы.
− Посмотрим на что ты будешь способен завтра, когда у тебя руки отомрут без крови, хе, хе, − куцебородый удалялся, за ним остальные. Зловеще заскрипела дверь и в темнице наступил полный мрак. У Сартая была лишь нестерпимая боль и досада. Он понимал, что в таком состоянии до утра он не доживёт…
Ночь окутывала замок плотной завесой тьмы. Привязав вдалеке фортэса, Анта смотрела на возвышающуюся тёмную массу замка. Луна поднималась на горизонте, красная, будто маленькое тусклое солнце. Глаза уже привыкли к темноте, вблизи видно всё чётко, а вот дальние объекты – это просто размытые силуэты.
Был бы у неё лук, всё бы случилось легко. Но в её арсенале только меч и нож. В проёме стены иногда показывался стражник, он ходил туда-сюда, чтобы не замёрзнуть. В проёме ворот двое, они сидели, облокотившись о стену и болтали. Все трое в доспехах и шлемах.
Пробраться в замок через проём казалось легче. Защитный ров, в котором раньше была вода, частично был засыпан при давнем штурме. Сейчас он был сухой.