Подняв оружие, Анта двинулась вперёд. Увидев это, седобородый поспешил, показывая дорогу. Затем быстро вернулась, сняла у одного поверженного фонарик и сунула в куртку, в начало рукава от плеча. Чёрные не знали, что им делать, стояли в растерянности.
Зайдя в здание тюрьмы, Анта достала фонарик. Седобородый развернулся:
− Надо вороток взять, − он сунул руку в нишу у дверей, достал вороток. Затем стал быстро спускаться по ступеням, Анта осторожно шла следом.
Засов на истлевающей двери открылся легко: видно, что им пользовались часто. Свет фонарика выхватил из темноты странно сидящего у стены Сартая со связанными руками. Одну его стопу затянуло в проём, но цепи видны на обоих ногах.
− Сартай! – Анта бросилась к нему, положив у стены оружие так, чтобы не выпускать его из поля зрения. Мало ли что задумает седобородый. Он может исподтишка напасть, вдруг захочет оправдаться перед своими хозяевами.
Сартай медленно повернулся, и увидев Анту, сквозь зубы застонал от боли. Он был весь в поту, хотя тут было прохладно. Это уже от боли металось и пошло страдать сердце. Поняв всё, Анта села, упёрлась ногами в стену и потянула цепь на себя.
− Седой, снимай давай!
А того уговаривать не надо, он быстро присел и начал раскручивать оковы.
− Ох ты и проныра, − сквозь стиснутые зубы выдавил из себя Сартай. − Второй раз меня из задницы судьбы вытаскиваешь.
− Ага, надеюсь на взаимность! Ты потерпи, сейчас всё сделаем.
Когда седобородый раскрутил кольцо, Анта отпустила цепь. Та зазвенела, быстро уползая в проём. Оказавшись у второй ноги, Анта повторила действия, только пришлось немного повозиться, под стоны Сартая − нужно было сначала вытащить стопу. Вскоре и вторая цепь уползла со звоном.
− Анта схватила нож и стала перерезать верёвки, стягивающие руки. Кисти на них безвольно висели, будто неживые.
− А как ты тут оказалась? – тихо спросил он, пока Анта пыхтела над верёвками.
− На крыльях любви прилетела! И мести! Одно крыло белое, а второе чёрное! – она сделала последний надрез, освободив путы. – Вот чёрт! Не взяла тебе оружия на стене. Оставлю тебе нож, а сама побегу, чтобы нас тут не заперли. Как отойдёшь, подтягивайся, где шумно. Буду тебя ждать.
− И да, сейчас тебе свет принесут! – она обернулась возле дверей. – Жду тебя!
Дальше она побежала вверх по лестнице босыми ногами. Наступила темнота. Руки начинало жечь огнём, по венам поступала кровь к голодающим клеткам…
Открыв наружную дверь, Анта занесла для удара меч – вокруг входа стояли чёрные, трое было с холодным оружием, отобранных у убитых. Остальные с вилами и жердями.
− Что, решились? – спросила Анта с подозрением. Она сняла и спрятала фонарик под куртку. Не знала, как его выключать и включать, да и пока так было быстрее и удобней.
− Да, будем помогать, говори, что делать, − выступил вперёд худощавый, будто привидение, чернявый малый.
− Когда крикну «помогите», выбегайте толпой и бейте всех, кого увидите, кроме привезённого пленника. А сейчас спрячьтесь вон там, в тени. – Анта указала на небольшое здание, которое располагалось рядом с трапезной.
− Седой, тут по любому должна быть оружейная, при таком раскладе оружия награблено немало. Знаешь?
− Отведу конечно, − за мной иди…
− Стойте, оставьте мне меч! – позади Анты стоял Сартай, руки его висели плетьми. Посмотрев на замерших чёрных, повторил: − Меч мне оставьте!
− Паркон, оставь ему меч, − сказал седобородый. − Кстати, меня Дункан кличут.
Один из зрелых мужчин подошёл и положил у ног Анты меч.
− Ну, мы пошли, − Анта пристально поглядела Сартаю в глаза. – Я рада, что нашла тебя живого. Ты для меня самое драгоценное, что есть в этом мире. Люблю тебя… Но обнимашек пока не будет, не тот коленкор вокруг.
− Я догоню… − Сартай не нашёлся, чтобы ещё сказать. Ему сейчас было не до романтики.
− Вперёд! − скомандовала Анта.
Все растянулись по своим местам, чёрные схоронились в тени здания, Анта с Дунканом прокрались в комнату с оружием. Лишь Сартай пока остался возле входа в темницу. Если что-то начнётся, сейчас «без рук» он будет просто жертвой.
Дверь была не заперта. Зайдя тихо с Дунканом внутрь, Анта достала фонарик и ахнула…