«Как один день мог перевернуть все с ног на голову? — мысленно содрогался Андрей Кириллович. — На том злосчастном приеме, с которого я сбежал, буквально за пару минут до того момента, как Новиков подошел к нам, эти двое сокрушались по поводу того, как расправятся с ним. А что сейчас? Что это за уважительные нотки, прослеживающиеся в их голосах, во время произношения слова „Новиков“? — не понимал князь. — Как Сахаров может так думать после того, что этот ублюдок сделал с его сыном?»
— Андрей Кириллович, а чем вам Новиков не угодил? — вырвал князя из его мыслей голос одного из графов. — По-моему, кроме его резкого высказывания в сторону нас троих во время начала заварухи в императорском дворце, больше ничего не могло сподвигнуть вас к конфликту с его Родом? — поинтересовался Курчатов. — Или он ещё где-то умудрился перейти вам дорогу?
— Умудрился… Еще как умудрился! — взорвался князь Разумовский и полыхнул силой, отчего его изображение пошло рябью. — Этот жалкий граф не удосужился удовлетворить законное требование моего Рода на компенсацию причиненного им ущерба. Урод полквартала мне разнес своими техниками.
— Так обратитесь в имперскую канцелярию и подайте на Новикова в суд, — пожал плечами Сахаров. — Уверен, судья встанет на вашу сторону, и у Новикова не будет выбора, кроме как возместить ущерб.
— Верно, на словах он может позволить себе многое, однако против требования законодательства пойти даже ему будет непозволительной роскошью, — вторил своему союзнику Курчатов.
— Какие вы стали мягкотелые… — скривился князь. — Не могу я пойти в суд, ясно вам⁈
— Тогда, выходит, дело обстоит немного иначе, нежели вы нам рассказали, Андрей Кириллович, — усмехнулся Сахаров.
— Хах, тут ты чертовски прав! — оскалился Разумовский. — Полагаю, вы со своей вновь обретенной человечностью не станете поддерживать меня в моем конфликте с графом?
— Император запретил все межродовые распри, — пожал плечами Курчатов. — Вам также следует найти точки соприкосновения с Новиковым. И вы правы, мы не станет вставать ни на одну из сторон развернувшегося между вашими Родами конфликта.
— Ну и идите тогда на хер! — вновь вспылил Разумовский и причитающе зачастил: — Ублюдки! Мягкотелые увальни! Слабаки! Неженки! Просто идите на хер!
Изображение князя пошло рябью, после чего вовсе погасло, сигнализируя о том, что Разумовский отключился от видеоконференции. Сахаров и Курчатов посмотрели на изображения друг друга, после чего, пожав плечами, принялись обсуждать последние новости, произошедшие в империи, и то, каким образом они смогут оказать своей стране поддержку на восточном фронте с иномирцами.
Стоя напротив ровного строя моих гвардейцев, испытывал чувство гордости и удовлетворения от проделанной чуть более чем за полгода работы. Казалось бы, всего восемь месяцев, а мой Род из загнивающей глубинки превратился в могучую силу, способную надрать задницу если не каждому аристократу, то большинству — так точно.
Три сотни воинов, смотрящих на меня полными уверенности глазами, были тому полнейшим подтверждением. На их лицах застыла серьезность, через которую прослеживался небольшой интерес. Каждому из них было любопытно, для чего я собрал здесь практически всех гвардейцев Рода, оставив лишь гарнизоны, следящие за порядком на вверенных им территориях.
Помимо гвардейцев на полигоне, на скорую руку образованном неподалеку от замка благодаря способностям Потапова, присутствовала Аннет, жующая мороженое в компании Эллис, Наташи и Юлии Беловой. Девчонки отдыхали от тренировок Чайи, когда сама богиня занималась установкой Печатей на души ватажников, готовых стать Вольными Рифтерами.
Присутствие нашего лекаря уже должно было намекнуть гвардейцам, что целыми они отсюда вряд ли уйдут. И, судя по тому, что некоторые из бойцов бросали напряженные взгляды на эльфийку, так оно и было.
— Воины Рода Новиковых! — громогласно начал я, добавив в голос силы своего Дара. — Думаю, большинство из вас уже догадалось, по какой причине я вас собрал здесь сегодня! — оглядел лица своих бойцов. — Для сомневающихся дам подсказку: без рукоприкладства мы сегодня не обойдемся, — усмехнулся я, вызвав скалящиеся ухмылки на лицах гвардейцев. — Настала пора Роду Новиковых заявить о себе обществу! В ближайшее время мы присоединимся к войне на востоке империи и станем теми, кто положит конец этому конфликту с вторженцами в наш мир!
— Да-а-а! — слитный рев трех сотен глоток был мне ответом.
— Я верю в вашу силу, воины! Но помните, что смерть карается повторным возвращением души в ваше тело и последующим принудительным лечением у нашего юного лекаря, способного заставить сердца бравых воителей сковаться в липком страхе, — моя ухмылка стала еще шире, а сотни пар глаз мгновенно сомкнулись на эльфийке, спокойно поедающей сладость в стаканчике.
— Что? — глупо спросила Аннет, убрав лакомство ото рта и облизав оставшееся на губах мороженое. Забавно, как три сотни людей, большая часть которых состояла из суровых мужиков, поспешили отвести взгляд обратно.
