Добравшись до развилки, я велел Пряхину проехать чуть дальше и подготовить ящики с патронами, вскрыть их, как и цинки. Прибывшие бойцы сразу должны начать зарядку, а сам направился обратно, пройдя метров двести. Я стал готовить установку растяжки, ориентировался на мотоциклистов, когда вскоре послышалось завывание моторов и подсвечивая фарами дорогу, в лесу стремительно темнело, показались наши грузовики. Когда они подъехали, я указал где стоит машина обеспечения и приказал вставать на перезарядку и заправку. Ну а сам установив растяжку, усилив её ещё одной гранатой, проследовал к машинам. Там уже царила деловая суета, работали, машинка для снаряжения лент, похожая чем-то на старую мясорубку, активно снаряжала ленты, набивая их. Те уже укладывали в короба и снаряжали пулемёты. Сержанты вот как решили, по три пулемёта зарядили, один стоял без патронов. Пусть так будет, молодцы.
На дороге мы задерживаться не стали, мало ли немцы за нами двигаются, поэтому мы направились дальше и вскоре покинули лес, снова выехав на трассу, пустую, ну и погнали по ней дальше. Уехать не так и далеко успели, у очередной деревеньки нас остановили, тут спешно окапывался стрелковый полк. А на блокпосту работали сотрудники особого отдела, усиленные пограничниками. Именно к ним мы вот так и приехали. Замечу, мой грузовик обеспечения возглавлял колонну, и я видел пост благодаря своему магическому «ПНВ». Ничего, подъехали, разобрались, документы у меня в порядке были, тем более опознали по фото из газет, ну да вышли статьи обо мне, их даже в «Комсомольской правде» перепечатали. Я себе две газеты отжал, на память, в кольцо убрал. Так что некоторая известность помогает. Особисты узнав, как всё произошло, а мы ведь очевидцы, вызвали подполковника, который тут оборону создавал, тот изучил наши рапорты, и расспросив нас, особенно впечатлившись, как мы почти в упор на дороге по немцам поработали, и потом сообщил что его полк зенитного прикрытия не имеет. От слова совсем. Последний пулемёт, это был «ДШК», был отправлен с санитарной колонной и так и не вернулся. Он не просил, просто пояснял в чём проблема, на что я кивнул:
– Если мы так нужны, товарищ подполковник, то помочь готовы. Вы только перед нашим командованием нас прикройте, а то они по голове не погладят.
– Это конечно, это сделаем, – сразу повеселел тот. – Связь есть, со штабом армии тоже.
– И ещё, у нас патронов нет, всё расстреляли, последние крохи снарядили. И не ужинали мы. Горячего бы чего получить.
– Всё будет, лейтенант, всё будет.
Дальше мы перегнали машины за линию обороны, где встали плотной группой, завтра утром по позициям разгоню, а пока тут постоим. Чуть позже боец принёс термос с горячей кашей на мясе, а потом и чай был организован, так что мы поужинали. А бойцы, закончив с чисткой пулемётов, снаряжали запасные ленты подвезёнными патронами. Нам целый грузовик их подогнали, оставшуюся половину что не ушла на зарядку, перегрузили в машину обеспечения. Дальше отмывшись в крохотном озере, некоторые бойцы и покупаться умудрялись, был дан отбой. Часовой охранял технику и расположение, а меня вызвали в деревню. Оказалось, там собран штаб обороны. Как я понял, это была отчаянная попытка остановить немцев хотя бы на время, пока в тылу спешно выстраивается новая линия обороны. Три батальона этого полка, усиленные отдельным сборным противотанковым дивизионом, вряд ли продержатся хотя бы до обеда, сметут их, а приказ командования значил, держатся весь день. Зенитное прикрытие обещали, но не дали, так что наше появление для них как свет в оконце, хоть что-то.
Пока шло обсуждение, я не вмешивался, пообщался с особистом полка. Теперь стало ясно почему ко мне было достаточно благожелательное отношение. Да те, кто видел мои зенитки по выходу из города, что прикрывали их от налётов с воздуха, это рассказывали, так что те были в курсе что мы контролировали часть дороги. Про мост тоже знают, к ним вышли бойцы что его разрушили. А бензин сэкономили, смекалистые. Вот так посидев в штабе, и подтвердив, что теперь защита от атак с воздуха на нас, мы разошлись. Добравшись до своих, я устроился под машинной рядом с Пряхиным, после чего вскоре уснул, накрывшись шинелью.
Насчёт того, что полк продержится до обеда, это я всё же сильно погорячился. Его уже к десяти утра немцы сшибли, и разогнав выживших, двинули дальше. Этот день вообще как-то не очень удачно начался, сходу намекая что и день будет не простой. За ночь немцы восстановили мост и вскоре появились в прямой видимости, после чего на рассвете начался бой. А сбить полк им было необходимо, не обойти. С одной стороны, заливной луг, там даже мотоциклы вязнут, с другой болотце, вот им и оставалось только впрядет. Свой взвод я поднял как раз с рассветом, быстро поев сухпая, зенитчики разъехались, они встали позади полка мерах в пятистах друг от друга и в трёхстах от деревни. В общем, прикрытие зенитное пусть и не полное, но и имеется. Машину обеспечения я отогнал подальше в тыл, и спрятал ту в двух километрах от деревни в посадке.
