Денис почувствовал, как ладонь лизнул маленький язык пламени Смородины и охнул.
— Что там у тебя? — встрепенулся библиотекарь, подскакивая к Денису и разжимая его кулак.
— Руки грязные, ты погляди, — покачал головой старик, протягивая Денису полотенце.
— Ну да, я же бежал куда-то и падал, — не задумываясь, соврал Денис. — Это же реальностью всё было, правда?
— Кто знает, — уклонился от ответа библиотекарь, снова принимаясь за записи.
Денис обрадовался тому, что его на какое-то время оставили в покое. Несколько часов он просто лежал в постели и обдумывал все произошедшее с ним за последнее время. Этой передышки хватило на то, чтобы набросать в голове более-менее четкий план действий. Первым и единственном пунктом в котором было: «узнать как можно больше о жнецах». Казалось бы, что может быть проще? Но в мире, где каждый почему-то задался целью сбить его с толку, обмануть и пустить по ложному следу задачка выходила та еще. В голову Дениса начали закрадываться сомнения, а не догадываются ли окружающие о том, кто он такой на самом деле? Уж не просто так, в самом деле, старый библиотекарь стал внушать ему про родительский обман и его ткаческую миссию? Сам того не желая, Денис добавил еще один пункт к своему плану — разузнать, почему его все хотят обмануть.
К вечеру в дверях его спальни-палаты появилась Верона. Именно она и сообщила Денису, что тот вторую неделю находится в подземельях Ладогора, в центре клинических исследований нестабильных сущностей. Кто придумал такое название навьим порождениям, для Дениса осталось загадкой, на которую Верона не посчитала нужным ответить. Куратор кратко ввела Дениса в курс дела, не сообщив при этом ничего нового. Всё, что узнал Денис из её слов — мир многогранен, в нем живет и мирно сосуществует множество разных сущностей и порождений. Люди в этой цепочке занимают не самое последнее место и могут даже каким-то образом влиять на ход событий. Самый-Лучший-Лицей — оплот отечественного потустороннего и сверхъестественного движения. Есть еще парочка на Урале и Дальнем Востоке, но это уже совсем другая история. Он, то есть Денис, потомственный ткач по линии матери, которого попытались лишить силы и не допустить к станку. Это привело к печальным последствиям и теперь все безумно сожалеют о содеянном. И все, что им остается — принять, понять и простить, а также попытаться лошадиными темпами наверстать упущенное. Поэтому с завтрашнего дня Денис не отправляется домой на каникулы, как все нормальные дети, а идет проходить ускоренный курс обучения по всем направлениям.
— Вы что, издеваетесь? Убить-загнать меня решили? — не сдержался Денис, увидев свое расписание на ближайшие дни. Ежедневные занятия с семи утра до десяти вечера вызывали стойкое желание снова погрузиться в богатырский сон. Все, что до этого Денис считал «загрузом по учебе» теперь казалось детской песочницей.
— Васнецов, ныть будешь вместе с русалками, когда пойдешь туда с Лиссандрой для личного знакомства. Они любительницы постенать, да пожаловаться. А сейчас собирайся и бегом в свою спальню. Хватит разлеживаться, времени мало, дел много.
— Ну Верона Вергардовна… — заканючил Денис.
— Я двести семьдесят лет, как Верона Вергардовна. А ты сейчас заработаешь еще и полуночные коридоры за проявленную слабость духа и дополнительную полосу препятствий от Мастера за слабоволие!
— Да понял я, понял! — Денис поднялся с кровати и внезапно рассмеялся. Ему отчетливо вспомнился Ратор на первом уроке. Видимо, тогда его сестра-куратор обещала ему нечто подобное за проявленное душевное слабоволие.
Коридоры Медногора, куда его вывела Верона по переходам, встретили Дениса непривычной тишиной и пустотой. Он не сразу сообразил, что всему виной наступившие каникулы. Идти в спальню не хотелось. Не то, чтобы ему было страшно, но неприятное ощущение растерянности и незнание, как теперь себя вести с товарищами, заметно смущали и сковывали. Денис медленно ступал вперед, стараясь как можно сильнее оттянуть момент своего прихода в комнату. Но коридор все же кончился, и Денис замер перед знакомой дверью. Замер в нерешительности, прокручивая в голове все возможные варианты приветствия.
— Привет, а я, оказывается один из вас…
— А я тут, из богатырского сна выбрался…
— Ну что, начнем собирать отряд внеземных существ?…
Денис вздохнул и прижался лбом к двери. Та, словно только этого и ожидала — приветственно заскрипела и широко распахнулась, открывая Денису удивительную картину.
На полу между кроватями яркими пятнами красовалось расстеленное игровое полотно. На нем, в традиционных нелепо-закрученных позах старались не свалиться Ратор, Ёлька, Кевар и Саня. Вальтер вместе с Настей сидели за столом, выдавая команды — кому на какой кружочек передвинуть руку и ногу. Заканчивал картину «друзья на посиделках» уже знакомый Денису Потеряшка.
Появление Дениса заставило всех как по команде обернуться на дверь, отчего конструкция из игроков опасно зашаталась.
— Упадем! — запищала Ёлька, стараясь удержать равновесие.
