Серость за окном постепенно светлела, но в классе царил густой полумрак, а по углам продолжали прятаться ночные тени и шорохи. Знакомый кабинет физики внезапно стал чужим. В воздухе словно растеклась тайна, которую Денис должен обязательно познать. Помявшись на пороге, парень все же решился пройти на привычное место на втором ряду. Но, сделав несколько шагов, он почувствовал, как мир вокруг качнулся, а в следующее мгновение Денис понял, что стремительно летит куда-то.
Падение было быстрым. Он даже вскрикнуть не успел, как ноги коснулись мягкого мха. Не удержавшись, Денис все же свалился на землю и прислушался. Откуда-то со стороны до него долетел сиплый смех.
— Так и умереть от испуга недолго! — возмутился Денис, поднимаясь. Он не чувствовал опасности и позволил себе расслабиться. За последнее время интуиция ни разу не подводила, и парень научился прислушиваться и полагаться на внутренний голос.
Вокруг, куда ни глянь, стелился знакомый молочный туман. Денис вздохнул. Видимо, пришло время знакомиться с «объемом». Именно так между собой ученики называли эту сторону мира. Пока еще непонятную и от того настораживающую.
Со стороны, откуда только что доносился смех, послышались тихие шаги. Мох приглушал звук, и сложно было определить, кто же движется в тумане.
— Альцес Иллорович? — осторожно поинтересовался Денис у тумана.
В ответ бледная субстанция расступилась, и Денис не смог сдержать вырвавшегося наружу крика. Прямо на него из молочной пустоты шагал здоровенный лось. Широченные рога более двух метров в размахе рассекали туман, длинные ноги утопали в мшистом ковре. По туловищу, покрытому темной шерстью то и дело пробегали зеленоватые искры.
Лось вплотную приблизился к человеку и склонил рогатую голову, словно оценивая незадачливого путника. Денис вздрогнул от взгляда не по-звериному умных глаз и отвел взгляд. А в следующее мгновение на месте лося оказался привычный добродушный физик.
— Чего кричишь? Еще одного норлаха приманить хочешь? — усмехнулся учитель, довольный произведенным эффектом.
— Н-не хочу, — слегка заикаясь, ответил Денис.
— Тогда не ори так, — посоветовал учитель и зашагал вперед, поманив за собой Дениса.
Какое-то время они шли молча в непроницаемой тишине. Казалось, что это она в виде молочного тумана расползается вокруг. Не слышно было ни шагов, ни дыхания — абсолютно ничего. Учитель изредка останавливался, прислушивался к тишине и вновь шагал дальше. Иногда поворачивая, иногда вовсе разворачиваясь в противоположном направлении. В такие моменты Денису приходилось резко отскакивать в сторону, чтобы не столкнуться с физиком. Денис чувствовал себя собачкой, которая вынуждена тащиться за хозяином, куда бы тот не пошел. От окружающей тишины начала болеть голова. Что ни говори, а нормальному человеческому мозгу привычнее слышать какие-то звуки.
— Это нормальному, — внезапно заметил учитель, видимо, прочитав мысли своего ученика. От неожиданности Денис чуть не подпрыгнул — в давящей тишине ровный, спокойный голос физика прозвучал подобно раскату грома.
— Что-то ты дерганый какой-то, Васнецов, — покачал головой учитель.
— Ага, вам бы пережить все те внезапности, что на меня свалились! — обиженно ответил Денис. Не то, чтобы он жаловался, но и обвинения слушать парню не хотелось.
Физик ничего не ответил, продолжая вглядываться куда-то в туман, после чего развернулся лицом к Денису и уселся прямо на тропинку.
— Допустим, сегодня остановимся здесь, — мужчина кивнул Денису на мох, призывая усаживаться.
— Итак, скажи мне, ты знаешь, где мы находимся?
— Ммм… В объеме? — предположил Денис. Говорить про то, что эта тропа, как и все остальные, ведет к Белому Дереву, парень поостерегся.
— В объеме, — усмехнулся учитель. — Ну, можно и так сказать. Ученики довольно часто дают именно это определение тому, что они видят. Если говорить точнее, сейчас мы находимся в междумирье. Отсюда, при желании, можно открыть тропу в любой нужный тебе мир. В любую точку пространства.
— И времени? — перебил Денис.
— И времени. Но это уже высший пилотаж. Далеко не все достигают того уровня, чтобы в пространстве переходы совершать. А время, так вообще практически непостижимо. Так вот, — вернулся физик к объяснению. — Весь мир похож на слоеный пирог. Где-то разные реальности наслаиваются друг на друга и проходят совсем рядом, даже волос не протащишь. Где-то между ними образуются непреодолимые пустоты, которые и занимает междумирье. Слышал ли ты о мировом древе? — от внезапности вопроса Денис не сразу нашелся, что ответить.
— Ну… конечно. Это единое древо, ствол которого — основание и поддержка мира, а по ветвям идут остальные миры.
Альцес Иллорович довольно крякнул. Видимо, ответ Дениса пришелся ему по душе.
— Ну, почти, почти. Миры отходят не только от ветвей. Так было в начале. Сейчас же их такое великое множество, что они уже и друг от друга отходят, подобно кругам на воде. Возле одной реальности тут же образуются новые и так до бесконечности. Но в центре всего, оплотом и опорой стоит мировое древо. Знаешь ли ты, какие миры наиболее близки к нашему?
