— Он и боится, и скрывает, — лениво отозвался я, пригубив вполне хорошее на вкус красное вино. — Он же явно часть казённых средств отправил в свой карман. А форт? Он вот-вот рухнет. Комендант прекрасно понимает, что его карьера теперь всецело зависит от графа. Ежели Эко доложит Императору о том, как обстоят дела в форте, то толстяка выкинут на мороз, а может и в темницу отправят на съедение крысам. Вот комендант и волнуется, лебезит перед графом. А поглядите, Лев, сколько бочонков вина нам уже принесли. Нас точно хотят напоить, дабы мы не задавали лишних вопросов. Граф тоже хорошенечко выпьет, подобреет, переночует, а завтра, глядишь, уедет отсюда добрым другом коменданта. Однако толстяк не понимает, что граф не таков. Эко сообщит Императору, что форт на грани катастрофы. А ежели граф промолчит, то расскажу я.
— Вот бы по всей стране провести бы ревизию фортов и крепостей, — мечтательно вздохнул Лев. — И дороги проложить хорошие…
— Да вы, батенька, фантаст, — усмехнулся я. — Однако попробовать стоит. А пока нам пора на боковую. Не хотелось бы мне снова напиться. Завтра ведь опять рано вставать.
— Дельная мысль, Иван, — поддакнул Андреев, следом за мной вставая с лавки. — И вы тоже подымайтесь, судари.
Яшка неохотно принял вертикальное положение. А за ним и Шурик покинул лавку.
Я же в это время подозвал какого-то солдата и попросил его показать наши комнаты. Тот кивнул и повёл нас по хитросплетению коридоров. И вёл он нас всё выше и выше. Похоже, ночевать мы будем на местном «чердаке». Над нами будут лишь артиллерийские орудия.
Так и вышло. Солдат привёл нас на самый верхний ярус и показал четыре крошечные комнатушки, похожие на кельи. М-да, совсем не люкс. Но хоть кровать есть, а то ведь могли и матрац на пол бросить.
В общем, я пожелал спутникам доброй ночи, закрыл дверь на засов, разоблачился и немного приоткрыл окно. Уж больно сильно в комнате пахло пылью. А потом завалился спать…
Сон довольно быстро пришёл ко мне. И он опять был наполнен кровью, трупами и неясными силуэтами. Среди последних вроде мелькала та самая тень, которую мне доводилось раньше видеть в пещере Повелителя. На сей раз она протягивала ко мне размытые очертания рук и, кажется, что-то хотела сказать… Неразборчивый шёпот проникал в мои уши, заставляя цепенеть от страха. А потом он вдруг сменился топотом ног и выстрелом… Выстрелом? Какого хрена?
Я резко открыл глаза и увидел, что сквозь мутное оконное стекло в мою комнатку проникает косой лунный свет. А из коридора вполне наяву нёсся топот множества ног. Вот и ещё один выстрел раздался. Послышались крики. И кто-то начал барабанить в соседнюю дверь. Что происходит? Опять нападение?
В этот миг и в мою дверь стали бить кулаком. Она аж начала сотрясаться от ударов. А затем из-за неё раздался грубый голос:
— Именем господина коменданта, отоприте дверь!
— Какого чёрта?! — заорал я и слетел с кровати. — Что происходит?!
— Немедленно откройте дверь! — угрожающе рыкнул мужик из коридора.
— Да что-то не хочется… — пробормотал я себе под нос, лихорадочно соображая, что делать в такой ситуации. Каюсь, раньше мне однажды доводилось попадать в подобные переделки. Но тогда мне было лет двадцать, а в дверь колотил рогами муж моей распутной соседки. Жаль, что тогда у меня не было магии и пришлось осваивать экстренную эвакуацию из помещения через окно. Но сейчас-то всё иначе…
Мужик за дверью продолжал лютовать. Он то ли головой, то ли ногой бил в неё и орал:
— Немедленно откройте!
— Да что происходит-то? — повторил я, вытащил из-под подушки револьвер и быстро оделся.
— Выходите, сударь. И всё будет хорошо!
Хорошо? Я, конечно, не Ванга, но чую, что мне, мягко говоря, ссут в уши. Однако дверь я всё же открыл, предварительно сунув револьвер в карман.
В освещённом факелами коридоре обнаружился красный от ярости солдат с винтовкой в руках. А другие члены гарнизона долбились в двери. Кто-то, как я, добровольно открывал их, а кто-то — слал солдат в поля ёжиков пасти. Однако, большинство членов нашей делегации тупо молчали. Они никак не реагировали на крики солдат. И в числе этих молчунов оказались Яшка и Шурик. Лев же грозил бойцам гарнизона трибуналом и заверял их, что пристрелит любого, кто войдёт в его логово. Дескать, ему нужен прямой приказ графа Эко — и только в этом случае он откроет эту чёртову дверь.
Между тем солдат направил на меня винтовку и прорычал:
— Где ваше оружие, сударь?!
— Под подушкой. А что? — закосил я под дурочка, следя за событиями, разворачивающимися в коридоре.
Солдаты начали стрелять в двери, а потом принялись их выламывать. В воздух взвилась пыль, появился запах пороха и древесный треск. А я не стал больше молоть языком и перешёл к активным действиям. Ударил рукой по стволу винтовки мужика и следующим движением впечатал ему кулак в кадык. Там что-то приятно хрустнуло. А сам боец выпучил глаза, уронил винтовку и сполз по стене на пол. Отлично.
