— Своему чутью доверяю. Но считаю, что тебе нужна практика. К тому же в вопросах рода лучше перестраховаться, чем потом жалеть.
Я вздохнул, потирая переносицу:
— Как скажете. Когда операция?
— Явно не сегодня, — она махнула рукой, и солнечный луч поймал тонкие шрамы на её запястьях. — Лемонсу и Эльзе нужно неделю, чтобы хотя бы стабилизировать его состояние. Двадцать лет пыток… — её голос дрогнул, — никому не идут на пользу. Энергоканалов у него будто и нет, узлов тоже… Остатки от источника едва не уничтожены. Боюсь, если и удастся его восстановить, то почти простецом.
Она отвернулась к окну, её профиль на мгновение исказила гримаса боли:
— К тому же… Думаю, он… слегка повредился умом.
— Почему? — я невольно шагнул ближе.
— Олег считает, что его пожирала какая-то тварь, — княгиня крутанула пальцем у виска. — Хотя это были просто благословения Ордена.
Я не сдержал усмешки:
— Бабушка, одно и то же благословение может принимать разные формы. Двадцать лет… он переживал то же, что и вы. Только без помощи Эраго и чёток, чтобы переманить эту дрянь.
Княгиня замерла, её глаза расширились:
— Чётки… — она резко развернулась к выходу. — Попробую приложить их. Может, станет легче.
— Отличная идея, — кивнул я.
Но она вдруг остановилась в дверном проёме, обернувшись. Солнце за её спиной создавало нимб вокруг седых волос.
— То есть… ты считаешь, он не сумасшедший? — её голос звучал странно хрупко.
Я подошёл ближе, понизив голос:
— Елизавета Ольгердовна… Я абсолютно точно знаю, что он не сумасшедший. Вопрос в том, что это знание может стоить нам жизней.
Она кивнула, резко, как солдат, получивший приказ:
— Я услышала тебя, Юра.
— Бабушка, — остановил я её, когда она уже собралась уйти, — сегодня вечером мы с принцем ведём княжон Эстерхази на балет. Было бы уместно, если бы вы с Эльзой и Резваном тоже появились в ложе. Эльзе нужно привыкать к высшему свету, а ложа в театре всё же создаст некоторое ограничение в визитах.
Княгиня нахмурилась, её пальцы сжались на набалдашнике трости:
— Не знаю, будет ли это уместно, — не испытала особого энтузиазма княгиня. — Да и Эльза, сам понимаешь, с её шрамом весьма комплексует показываться в высшем свете.
— Рано или поздно ей придётся это пережить, и лучше это сделать рано, чем поздно, ты не находишь?
— Да, но с тобой ей было бы спокойнее, — резко парировала княгиня, — а так ты будешь развлекать венгерских княжон.
— Возможно, вы и правы, — кивнул я, признавая справедливость укора.
Когда княгиня ушла, я направился к себе, но из-за колонны внезапно появилась Эльза. Увидев, что я её заметил, она хотела скрыться, но я окликнул:
— Эльза!
Она нехотя подошла, её пальцы нервно теребили край фартука, испачканный травяными и алхимическими настоями. Когда она наконец подняла глаза, я увидел в них смесь страха и надежды.
— Я слышала про балет, — прошептала она.
— И что думаешь? — я намеренно смягчил голос.
Её губы дрогнули:
— В театр я мечтала попасть… Но внимание… — её рука непроизвольно потянулась к шраму на щеке, — мне обеспечено, а тебя рядом не будет.
Я осторожно взял её за плечи:
— Не волнуйся. Что-нибудь придумаем.
Она глубоко вздохнула:
— Господин Резван просил тебя зайти. Вам нужно поговорить.
— Передай, что зайду через пятнадцать минут.
Сменив придворный мундир на домашний костюм, я отправился к Резвану. Подозреваю, что того мучили весьма интересные вопросы после сегодняшней ночи, и так или иначе, мне пришлось бы дать ему ответы на некоторые из них.
Оборотня я нашёл в парке, подле озера, где он медитировал с закрытыми глазами, скрестив ноги под собой и глубоко вдыхая и выдыхая. Лучики солнца бродили по его лицу, прорываясь сквозь кроны деревьев.
Массивная грудная клетка поднималась и опускалась весьма медленно, будто бы оборотень сейчас спал, однако же чуткое подрагивание уха явно свидетельствовало о том, что он слышал моё приближение. Усевшись напротив энергоманта в такую же позу, я ждал. Спустя пять минут, когда медитация была окончена, на меня взглянули постаревшие уставшие глаза с массой невысказанных вопросов.
— Рад, что ты пришёл, — его голос звучал глухо, как отдалённый гром. — Хочу понять… что ты видел у Ордена. — Его пальцы сцепились в замок, костяшки побелели. — Нужно сравнить с тем, что видел я.
Во мне боролись два противоречивых чувства. С одной стороны, Бьерн Утгард сам советовал обратиться к роду Эраго за помощью в развитии способности видеть энергии. Пальцы мои непроизвольно сжались, когда я вспомнил его слова: «Ищи учителей среди тех, кто понимает природу энергии».
Но с другой… Стоило мне рассказать правду об Ордене, и последствия могли быть непредсказуемыми. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок, представив возможные реакции.
Потянувшись всем телом, выигрывая время, и наконец задал вопрос:
— Прежде чем отвечать, господин Резван, скажите — насколько близки наши кровные узы?
Он усмехнулся, подняв голову к небу и к чему-то прислушиваясь:
— Мой отец приходился родным братом твоему прадеду. Так что я прихожусь тебе двоюродным дедом.
«Семья растёт, как грибы после дождя», — подумал я, но вслух лишь кивнул:
