— У нас я не видела ничего подобного, — опять же удивилась иллюзионистка.
— Возможно, просто дедушка никогда не брал тебя с собой в такие места, — пожал я плечами.
Скорее всего, в Японии тоже должны были существовать подобные тренировочные площадки, чтобы архимаги не ровняли с землёй что ни попадя.
— Этот старый урод никогда ни с кем не собирался делиться собственными знаниями и умениями. И если уж вся остальная родня увлечённо лизала ему задницу в надежде получить хоть какие-то наставления, то я тренировалась сама в храме. Именно поэтому на меня обратила внимание божественная сущность. Если бы я пошла по тому же пути, что и остальные, я не умела бы и сотой доли того, что умею сейчас. Но ты прав. Вероятно, такие полигоны должны быть в каждой империи, просто держатся в строжайшей тайне. Так, зачем, говоришь, я тебе понадобилась?
— Зачем? — переспросил я, задумчиво разглядывая небо с проплывающими иллюзорными облаками. — Чтобы потренироваться.
Я вылил на Юмэ ушат воды. Та тут же промокла насквозь, кимоно облепило её стройную фигурку. От прохладного воздуха соски сразу же встопорщились, демонстрируя весьма соблазнительный вид.
— Ах ты!.. — возмутилась она и тут же попыталась провернуть то же самое со мной. Но я ожидал чего-то подобного и тут же создал над собой огненную пелену, которая испарила водный поток.
Юмэ также владела овеществлённой магией иллюзий, как и я. Именно потому наша тренировка обещала быть интересной.
Мы разошлись на каменном языке в стороны и дальше принялись бомбардировать друг друга чем только возможно. Я бросал в неё ледяные сосульки, она била меня воздушными вихрями, пытаясь столкнуть в пропасть. Я обрушивал на неё град мелких камешков в виде шрапнели, она улавливала их смерчем и отправляла в обратную сторону. Я встречал их ледяной стеной. В ход шла в основном стихийная магия, ведь её конструкты были нам наиболее визуально знакомы.
Но стандартные приёмы быстро надоели, потому я решил схитрить, как в детстве, повторив нечто вычитанное по поводу солнечной магии, и это оказался самый действенный приём. Я направил солнечный зайчик в глаза кицунэ и ослепил её, после чего вновь окатил водой, но на сей раз тёплой.
Отфыркавшись, она зашипела, словно была не лисой, а самой настоящей рассерженной кошкой, и, кажется, решила взяться за меня всерьёз. В руках у неё появились два японских меча — один чуть длиннее другого, — и она вступила в пляску с холодным оружием.
Удивительно, но моё воображение и сознание отреагировало созданием такой же пары. И мы сошлись с ней в танце. Звон клинков, парирование ударов на уровне инстинктов, наклоны, увороты, выпады, взлёты и падения, прыжки по воздушным ступеням…
Если бы я только задумался над тем, что делаю, меня бы «убили». Но нет, тело действовало само собой, на автомате. Мечи мелькали, словно солнечные зайчики вокруг нас в преломлениях света.
Только с каждым движением с меня либо с кицунэ опадала часть одежды. Я уже укоротил её кимоно, так что Юмэ пришлось стыдливо прикрываться вишнёвым хвостиком.
По молчаливому взаимному согласию целостность одежды никто не восстанавливал с помощью магии.
В какой-то момент мы замедлились, сменив безудержный обмен ударами на вальсирующий.
Серебристый клинок кицунэ сверкнул в воздухе, описывая молниеносную дугу. Я же едва успел отклониться, ощущая, как лезвие рассекает воздух в сантиметре от шеи. Ответный удар катаной был резким и прямым, без лишних замахов, направленным в солнечное сплетение противницы. Но кицунэ уже не было на месте — она исчезла в облаке дымки, оставив после себя лишь дрожащий отзвук смеха.
— Медлительность — твоя слабость, — прозвучало у меня за спиной.
Я не обернулся, вместо этого резко шагнул вперед, чувствуя, как клинок скользнул по спине, разрезая ткань рубашки. Развернувшись на пятке, я перехватил меч двумя руками и нанес серию рубящих ударов, заставляя кицунэ отступать к краю каменой площадки. Её катаны парировали каждый удар, искры сыпались при столкновении стали, но она не теряла равновесия, двигаясь с грацией хищницы.
Внезапно она сделала резкий выпад, один меч скользнул по моему клинку, отводя его в сторону, а второй — рванулся к горлу. Я едва успел отпрыгнуть, но кицунэ уже была в движении — её нога описала дугу, целясь в подколенный сгиб. Пришлось уйти в перекат через плечо, избегая удара, и в тот же миг мой меч взмыл вверх, едва не задев подбородок противницы.
Она откинулась назад, касаясь земли одной рукой, но тут же оттолкнулась ею, совершив сальто. В воздухе её мечи скрестились, блокируя мой удар сверху. Приземлившись, она тут же ринулась в атаку — её движения были словно танец, каждый шаг рассчитан, каждый удар смертельно точен.
Теперь мне пришлось отступать, парируя удары, но не сдаваясь. Я чувствовал, как мышцы горят от напряжения, но разум оставался холодным. Вместо того чтобы блокировать очередной удар, я резко шагнул вперед, подставив плечо под клинок Юмэ. Лезвие скользнуло по коже, оставляя кровавую полосу, но это дало мне долю секунды.
