Господин Тевр о наших коварных планах ничего не знал и ждал в общей гостиной. В тот день я его с трудом узнала, настолько красивым он мне вдруг показался. Значительно более красивым, чем я его помнила. Черты лица казались мягче, взгляд покорял теплотой, а улыбка искренностью. Он радовался встрече с Гаримой, и деловая холодность сестры удивляла воина не меньше моего присутствия. Он надеялся на разговор без свидетелей.
— Это большое облегчение, что вы и принц Ясуф добрались до Ратави благополучно, — поприветствовала воина величественная Доверенная Маар.
— Мы въехали в город всего три часа назад, — ответил господин Тевр, а его низкий голос показался мне более насыщенным и глубоким, чем прежде. Это насторожило, навело на мысли о сарехской магии. А советник принца следующей фразой укрепил неприятные подозрения: — О прибытии Его Высочества еще никто не знает и до завтрашнего дня знать не должен. Но я очень хотел повидаться с вами и буду признателен, если вы до завтра сохраните секрет.
— В этом можете не сомневаться, если в свою очередь пообещаете, что никому не расскажете о теме и обстоятельствах нашей сегодняшней беседы, — губы Гаримы облюбовала вежливая улыбка, но в голосе чувствовалась жесткость.
Господин Тевр ее почувствовал и, дав обещание, осторожно предположил, что разговор предстоит непростой.
— О, да. Весьма непростой, — почти неприязненно подтвердила сестра и, взяв со столика колокольчик, позвонила.
Я знала, что сейчас в комнату войдут воины, отведут господина Тевра в Храм, обезоружат и поставят перед кристаллом на колени. Чтобы он снизу вверх смотрел на царственных жриц, вершащих его судьбу. Чтобы боялся за свою жизнь. Чтобы осознавал свою ничтожность перед волей Великой, которую она показывала через жриц.
В этом мне вдруг почувствовалось больше мстительности Гаримы, чем справедливости. Я отчетливо поняла, что, отдавая охранникам такие распоряжения, сестра наказывала господина Тевра за те чувства, которые он пробудил в ней. И в этот миг мне стало воина очень жаль. Он мог участвовать в заговорах, мог знать об убийствах, общаться с Сегерисом Перейским и выполнять его поручения. Мог быть сто сотен раз виновен перед Императором и связан интригами с принцем Ясуфом. Но в том, что Гарима отталкивала его и не верила в искренность интереса, господин Тевр точно виновен не был. Унижать его по прихоти сестры было нечестно, несправедливо.
Дверь распахнулась, вошел господин Шиан.
— Пожалуйста, подождите еще недолго в коридоре, — попросила я прежде, чем Гарима успела отдать приказ.
— Как будет угодно, — ответил начальник охраны, отступил и с поклоном затворил дверь.
Я повернулась к гостю, он вопросительно приподнял брови, но молчал. На рассерженную моим внезапным вмешательством сестру я старалась не смотреть.
— Господин Тевр, — с досадой отметила, что от волнения голос дрогнул, — госпожа Гарима совершенно справедливо заметила, что разговор будет очень непростым.
Тариец повернулся ко мне, наши взгляды встретились. Больше он не казался непривычно красивым, и я с опозданием поняла, что его отношение к Гариме так изменяло мое восприятие. Я уже замечала подобное влияние чувств других людей на меня. Это успокоило, вернуло уверенность, ведь теперь знала наверняка, что сарехской магией он не пользовался.
— Более того, — храбро продолжала я, — нам очень нужны правдивые и полные ответы.
— Я готов их дать, — заверил он.
— Боюсь, есть вопросы, касающиеся дел принца Ясуфа, на которые вы при всем желании не сможете ответить, — я покачала головой.
Он нахмурился:
— Госпожа Лаисса, я…
— Не собираетесь ничего скрывать от нас? — закончила я за него фразу. — Понимаю и верю. Но вы ведь знакомы с неким Сегерисом Перейским. Так?
Воин кивнул.
— Он один из советников Его Высочества. Сарехские праздники, суеверия, божества, ритуалы. Все это нужно учитывать, а господин Сегерис священник, отлично во всех этих тонкостях разбирается, — заверил собеседник.
— Не сомневаюсь, — бросила Гарима и недовольно сложила руки на груди.
— Еще господин Сегерис любит проводить ритуалы и зачаровывать людей без их ведома, — добавила я.
— Это серьезное обвинение, — воин крепче сжал рукоять меча.
— К сожалению, не бездоказательное, — твердо ответила я, мысленно благодаря небеса за то, что сестра позволила мне вести беседу. — Он запечатывает воспоминания магией. Последний допрос подозреваемого едва не стоил госпоже Гариме жизни.
— Лаисса! — сердито одернула меня сестра.
— Какой ужас! — одновременно с ней воскликнул господин Тевр. Он так искренне за нее испугался, что даже Гарима не смогла иначе истолковать выражение его лица и смутилась.
— Поэтому мы хотим во время разговора с вами защититься от магии Сегериса силой кристалла, — осторожно добавила я.
— Разумное решение, — горячо поддержал гость, не сводя глаз с сестры.
— И провести для вас ритуал, — закончила я мысль.
— Хорошо, — легко согласился господин Тевр и поразил этим не только Гариму, но и меня. Хоть я и догадывалась, что упрашивать, а тем более заставлять, не придется.
— Вы согласны? — выдохнула удивленная Доверенная.