Гарима вслушивалась в отчеты чиновников, делала пометки в тетради. Непосвященный мог решить, что Доверенная рисует странные закорючки от скуки. Но я уже изучила правила, которыми руководствовалась сестра, делая записи. Так тонкие штрихи напротив имени городского казначея символизировали туман. Попытки чиновника запутать слушателей, что-то скрыть. А резкое выступление командующего западной армией, настаивавшего на усилении границ и выделении дополнительных войск, сопровождали глубокие вертикальные борозды. Гариме пришелся по душе напор резко жестикулировавшего воина. Доверенная была согласна с его видением. Ей тоже не нравилось настроение даркези. Соседи еще не искали ссоры, но их посол в Ратави становился все более обидчивым. Как повторяла Гарима, это был настораживающий признак.
Абира, откровенно скучавшая на Совете, с интересом поглядывала на сидящих почти напротив воинов. Один из них, высокий, статный, зеленоглазый помощник командующего северной армией, тоже больше внимания уделял Передающей, чем словам чиновников. Случайно встретившись с ним взглядом, я ощутила отголоски его мыслей. Утонченная и красивая женщина казалась ему доступной, простой добычей, но одновременно и почетным трофеем. Таким, которым приятно похвастать. Зная, как легко Абира относится к кратким связям с мужчинами, я догадывалась, что уже очень скоро красавец станет частым гостем в доме жриц. За неразборчивую Абиру мне было обидно, но разговоры о ее многочисленных любовниках Гарима заводила бессчетное число раз. Никакие объяснения и просьбы быть осторожней на Передающую не действовали.
Смотреть на воина, больше не казавшегося мне даже привлекательным, не хотелось. Я отвернулась и, скользнув взглядом по жрецам Содиафа, прислушалась к словам первого советника. Господин Нагорт всегда мне нравился тем, что его речи не расходились с делами. На него можно было положиться. Кроме того, он не представлял угрозы десятилетнему принцу и более других хотел достойно подготовить его к правлению. Ведь принц Будим приходился первому советнику внуком.
После господина Нагорта слово взял принц Ясуф, племянник Императора, сын принца Фаида. Он командовал северной армией и редко бывал в столице. Славился решительностью, жесткостью, даже жестокостью. Глядя на этого молодого мужчину, мне всегда приходилось напоминать себе, что ему всего лишь тридцать. Из-за плотно сомкнутых тонких губ, тяжелого взгляда из-под насупленных бровей, носа, напоминающего орлиный клюв, принц Ясуф выглядел значительно старше, чем был.
Заседание Совета длилось очень долго, становилось все сложней удерживать мысли на докладчиках, многие поглядывали на часы. Но казалось, песок в них застыл, остановился навсегда. Жена Императора до конца заседания не выдержала.
Меня вообще удивляло, что госпожа Ханния решила присутствовать на собрании Совета, ведь, по мнению придворного лекаря, ее третий ребенок должен был появиться на свет всего через две недели. Все надеялись, что это будет долгожданный сын, второй прямой наследник Императора.
Принцесса Теллими, старшая дочь правителя, присутствовавшая на всех собраниях Совета со дня смерти ее брата-близнеца, поспешила помочь мачехе. Государственные мужи решили сделать перерыв.
Непродолжительная прогулка по дворцовому саду и богато украшенным мозаикой переходам закончилась знакомством того зеленоглазого воина с Абирой. Как я и предполагала, сестра сама подошла к нему. Мы с Гаримой были недалеко, в разговор не вмешивались, хотя Доверенная явно прислушивалась и поведения сестры не одобряла.
После затянувшегося собрания Совета во дворце устроили праздник и традиционное для летнего солнцестояния представление. Я держалась рядом с Доверенной и временами поглядывала на Абиру и ее нового знакомого. В конце вечера воин меня удивил тем, что вежливо отклонил приглашение Передающей и попрощался. Ему удалось сделать это так, что Абира не обиделась.
…Я сижу на кухне, обхватив себя руками, смотрю на огонь. В моем сердце бушует такой же, он сушит не пролившиеся слезы, жжет изнутри. Азир отвернется от меня, бросит, как только расскажу, что потеряла ребенка. Второго. Разведется с бесплодной. Он вернется через неделю. Все узнает. И моя жизнь закончится.
Хозяин снова хотел взять меня сегодня. Я отбивалась и кричала, он связал мне руки, ударил. Но больше ничего не успел — пошла кровь. Она идет до сих пор. Живот болит, спину ломит. А наверху смеется хозяин. Меня трясет от злости, кажется, я горю. Слышу, как он разговаривает с гостями. Слышу голос хозяйки. Она знала, что он уже брал меня силой. Уговорила не ходить к стражам. Денег дала. Она тоже виновата в том, что у меня больше не будет детей!
Хочется выть, орать, пока не порвутся легкие. Взгляд упал на ножи, висящие на стене. На них кровавые блики… Если у меня больше не будет детей, то и у хозяев их больше не будет.