День свадьбы выдался непогожим, и все говорили: к добру. Помню, как иррационально радовалась этому обстоятельству, хоть и не верила в приметы. Перед выходом немножко волновалась. Боялась наступить на платье и растянуться прямо на глазах у всех. Или уронить кольцо, не там расписаться или… много было или, но в своем выборе я не сомневалась ничуть. Один раз уже пострадала от собственной нерешительности — хватит.
В ЗАГС решили ехать по отдельности. Не так романтично, как в американских фильмах, где жених и невеста встречаются в церкви, но все лучше выкупа. У меня после свадьбы сестры на них аллергия.
Когда я вышла из такси, Сергей уже ждал. Никогда не забуду, как он смотрел на меня. Если до этого момента оставались какие-то сомнения, то после я готова была клясться на чем угодно, что никогда не выглядела лучше. Вокруг было полно людей, много значивших для Сергея в профессиональном плане, а он стоял и как мальчишка пялился на собственную невесту. Это совсем не походило на мои представления о торжестве с прицелом на сближение с партнерами.
— Это платье выглядит так, будто под ним ничего нет, — негромко сказал Сергей, обнимая меня и будто невзначай проводя пальцами по спине. — Но уже чувствую, что ошибся, — поправился, добравшись до почти неощутимого края белья. — Не уверен, что рад этому.
Должно быть, я покраснела до кончиков ушей. Но это не помешало мне дать смелое обещание:
— Надевать такое платье без белья можно только для собственного мужа. А у меня его пока не имеется.
Сергей весело сверкнул глазами и хотел было что-то сказать, но, будто почуяв провокационную тему, к нам уже спешил Петр. Без летного обмундирования я его едва узнала, хотя, врать не буду, он выделялся даже в костюме.
— Думаю, стоит познакомить наших свидетелей, — предложил Сергей. — Илона, — позвал Сергей мою витающую в облаках сестрицу, которая прижимала к груди корзинку с розовыми лепестками.
Мы быстро представили друг другу свидетелей, те заверили друг друга в приятности встречи, а затем… случился казус:
— Надеюсь, дамы и господа, вы настроены решительно, и никто из-под алтаря не сбежит, — пошутил Петр.
Это было ужасно нетактично, но мы с Новийским расхохотались оба, а Лона начала заикаться:
— Я… я… я, пожалуй, пойду. Проверю шампанское, и все такое.
— Я что-то не то сказал? — удивился Петр и проводил мою сестру задумчивым взглядом.
Смех смехом, но так все между ними и началось. По собственному признанию Илоны, на то, чтобы влюбиться в блистательного капитана авиалайнера (слово-то какое!), ей хватило одного вечера. И эта фраза, угодившая пальцем в небо, сыграла не последнюю роль. Несмотря на то, что шутка была не более, чем средненькой, она произвела на Илону впечатление, и с тех пор сестра поглядывала на Петра слишком часто. Он это, конечно, заметил. Не посмотрел, что она — сестра жены лучшего друга, которую обижать было попросту свинством, и что пришла она с парнем. Петр просто увидел заинтересовавшуюся им не в меру хорошенькую особу и не отказал себе в удовольствии окончательно вскружить ей голову. Гребаный гедонист. Естественно, что еще ему было делать на свадьбе Сергея, как не искать очередную..? Нет, так о сестре нельзя; но, дьявол, каким местом думала Лона, связываясь с человеком, у которого женщины делились на два типа: однократного и многократного использования?
Я же со своими эпохальными событиями даже не сразу заметила происходящее. Сначала бестолково улыбалась Сергею, сияя от счастья, стояла в красивом зале, говорила, что согласна стать женой лучшего мужчины на свете и не видела усмешки Петра, направленной на Лону из-за спины Сергея. Не заметила, как дрожали руки расписывавшейся в журнале регистраций сестры. И уж конечно не обратила внимания на тот факт, что свидетели поехали в ресторан в одном такси. Я искренне полагала, что Лоне больше пяти лет, и ее можно оставить без присмотра в компании незнакомого дяди.
И только в ресторане, видя, как тесно прижимает сестру в танце оживший кошмар любой здравомыслящей мамы, поняла, что дело дрянь. Нет, ну вот что мешало моей сестре крутить роман с Егором? Ну или, прости господи, с Ванькой? Конечно мне было бы не очень комфортно видеть последнего в паре сестрой, но прошло бы время, и я бы смирилась, ибо это вполне жизнеспособный альянс. Увы, но нет! Лоне понадобился любитель игрищ с профессиональными проститутками.
Танец закончился, Петр поцеловал Лоне ладошку, и она развернулась к выходу из зала. Сестра шла быстро, будто ей в самом деле не хватало воздуха. Я поспешила следом, намереваясь вскрыть Лоне череп, покопаться внутри и вернуть мозги на место. Однако стоило мне догнать ее у выхода на улицу и схватить за руку, как до слуха долетели обрывки крайне занимательного разговора.
— С твоей стороны это ужасно безответственно, Сергей! — возмущалась Анна Павловна. — Теперь мне придется платить юристам за оформление документов задним числом.
— Только попробуйте, мама, — мягко проговорил Новийский, но мне почудилось, что он на грани срыва. Такое с Сергеем на моей памяти случалось всего пару раз.
