— Вот не надо этого. Одно обвинения в ханжестве я уже выслушала. Но я знаю сестру, нас воспитывала одна женщина, — отчеканила. — Не вынуди Петр, Лона бы жестокость не допустила.
Оправдания выглядели жалко, но я не сумела их вовремя проглотить. Ванька же весело хмыкнул, но тут же помрачнел.
— Не вижу ничего криминального в происходящем с Лоной, но, когда речь заходит о ней, ты почему-то оказываешься права. В общем, если я могу что-то сделать — давай, я за.
— Я не знаю, да что тут сделаешь? Я просто боюсь, что правда о Петре ее сломает, — вздохнула я. В ответ на вопросительный взгляд Ваньки попыталась объяснить. — Он имеет какое-то отношение к организованным вечерам с участием проституток. Бывает в Петербурге чаще, чем думает сестра. С Сергеем встречается, с Лоной — нет. Я думаю, в такие дни он проводит ночи не с ней. О венерических заболеваниях я даже говорить не хочу.
Алеша, наконец, задремал и я вернула его в коляску. Уложила и взялась за ручку, покачивая.
— Могу выяснить, где именно он бывает, — предложил Ванька. — Тем более если это ночами.
— Правда? — Такая мысль мне в голову не приходила. — Конечно. И я., заплачу.
Ванька прищурился, будто прикидывая варианты, а у меня аж сердце защемило, так он мне напомнил отца. Я вдруг осознала, что скучаю по начальнику и попыталась засунуть эту странную мысль подальше. Вот еще не хватало! Мне почти год в декрете сидеть, и я вовсе не уверена, что выйду на прошлое место.
В последний раз, когда приходила в «ГорЭншуранс», за моим столом сидел с иголочки одетый парень. Узнав, кто перед ним, он окинул меня таким взглядом, что я снова почувствовала себя обитательницей общежития. И вовсе не потому, что была плохо одета или накрашена. Катерина объяснила это тем, что парень попросту не видел меня в роли счастливой мамочки. Оказывается, Гордеев столько раз ставил меня в пример очередному из личных помощников, что тот представлял меня беспардонной стервой. И вдруг тут я с ребенком на руках. Разрыв шаблона.
— От оплаты отказываться не буду, — начал Ванька. — Но возьму не деньгами.
— То есть? — опешила, боясь додумывать варианты.
— Есть у меня идея по поводу расширения области деятельности, поэтому… пригласи меня на ужин к вам Новийским. Хочу с ним переговорить.
На губах Ваньки появилась мечтательная улыбка. Я знала, что скажу глупость и все испорчу, но просто не сумела промолчать:
— Ты все больше напоминаешь отца.
Ванька задумчиво посмотрел в сторону и вздохнул.
— Я и сам об этом думал, — признался парень. — О том, что закончу жизнь в компании фикуса, гибискуса и едва успевшей округлиться в нужных местах идиотки. А искренне любить стану только личную помощницу за стенкой.
Да уж, свое будущее он разрисовал яркими цветами!
— Пф, у нас с твоим отцом чисто деловые отношения, — почти не покривила я душой, отметая тот факт, что минуту назад скучала по Гордееву-старшему.
— Поэтому он устроил твою личную жизнь? — насмешливо поинтересовался Ванька, а, напоровшись на мое недоумение пояснил: — Так-так! Саф, я открыл тебе Америку? Думаешь, ты случайно оказалась в руках человека, которого отец посчитал достойным того, что он растил для собственного сына? Отец раздал все, что было моим, но чтоб побольнее — он отдал это человеку, которого годами ставил мне в пример. Он всегда хотел, чтобы его сыном был не я, а твой политик. Он вручил тебя ему на блюдечке с голубой каемочкой.
Я так никогда не думала. Вздрогнула, а по глазам поняла, что Ванька действительно в это верил. На его месте я бы сошла с ума от таких мыслей.
— Выше нос, Саф! — велел Ванька. — Еще повоюем. Вот подрастет ваш чемпион, и я научу его играть в футбол и подарю боксерскую грушу. Чтобы не вырос таким же прилизанным, как папаша. В конце концов, не только Новийским населять планету.
— Гордеев, я маленького роста, и бить буду низко. Угадаешь, куда?
— Пожалуй, переживу. Ведь это не меня ужасает парочка синяков после секса. — Моя челюсть отвисла, а на щеках выступили красные пятна. — Бог мой, Саф, у тебя ребенок. Разучись уже краснеть!
От таких слов я закономерно раскраснелась еще сильнее, а Ванька засмеялся.
— Ну так что, ты пригласишь меня на ужин?
— А ты имел в виду сегодня?
— А чем плох сегодняшний вечер? — удивился он. — Или ты думаешь, что я за разносолами к вам иду? Чем раньше — тем лучше. А то к тому моменту, как я расплачусь с долгами, Алексей Сергеевич в университет пойдет!
— Если ты так уламываешь потенциальных заказчиков, то это вряд ли. Ванька самодовольно улыбнулся. Он прекрасно знал, что делает.
— Ну что, Алексей Сергеевич, — повернулась я к спящему сыну. — Пойдем домой, устроим папе сюрприз!
