– Черт, – прошипел парень, схватившись руками за голову, набитую алкогольным свинцом. – Что произошло? – только задался вопросом он, как неожиданно к его горлу подступил рвотный рефлекс.
Сорвавшись с места, Саша поспешил в туалет.
Освободив желудок от лишнего, он вяло поднялся с пола и ополоснул лицо прохладной водой. Подняв уставший измученный взгляд на зеркало, парень тут же опустил голову вниз, не желая больше сталкиваться с отражением, которое внушало ему стыд и вину своим потасканным видом.
Вдруг его осенило. Сгорбившись над раковиной, он горячо прошептал:
– Роза…
Козлов поспешно вышел из комнаты, настенные часы показывали семь утра. Парень попытался нащупать свой телефон, но не обнаружил его в карманах джинсов. Тогда он, пройдя к знакомой розовой двери, приоткрыл ее.
Красные, почти рыжие в лучах благодатного светила волосы свисали с кровати. Маленькое девичье тело растворилось невесомостью под пышным одеялом. Спрятанная от холода и невзгод, она дышала медленно и плавно.
– Она недавно легла спать, – дал о себе знать высокий женский голос.
В коридоре стояла Елизавета в просторной домашней пижаме.
– Всю ночь около тебя просидела, – прошептала женщина и добродушно улыбнулась, отчего по обе стороны от ее жизнерадостных глаз расплылись причудливые лучики морщин.
Саша, замерев, взглянул на пребывавшую во сне Розу и снова на ее маму, слегка подняв уголки губ.
– Будешь кофе? – с энтузиазмом предложила женщина, и он не отказался…
Парень вошел на кухню вслед за Елизаветой и встретился с недовольным взглядом Михаила. Парень, проглотив вязкий ком в горле, присел напротив главы семейства.
– Может, что-то приготовить тебе? – по-доброму предложила женщина, громыхая кружками на полках.
– Спасибо, – покачал головой Козлов, – только кофе.
Михаил молча встал и подошел к жене.
Все это время Саша смотрел на свои стертые кисти, изучая, будто в первый раз, изорванные кутикулы жестких пальцев и погрызенные частыми тренировками костяшки.
Мужчина, со всей силы поставив стакан воды и несколько шипучих капсул перед ним, ободряюще похлопал парня по плечу.
– Думаю, похмелиться лучше не кофе, а этим, – посоветовал он, присаживаясь обратно на свое место.
– Спасибо, – искренне поблагодарил Козлов, бросив таблетку аспирина в воду.
На кухне повисла неловкая пауза, нарушаемая лишь таблеткой анальгетика, которая шипя растворялась в теплой воде.
– Извините, что пришел в ваш дом в таком состоянии, – проронил Саша, подняв напряженный взгляд на распивавшего утренний кофе Михаила, а потом на готовившую завтрак Елизавету. – Я не должен был здесь появляться и тем более тревожить вашу дочь.
– Все в порядке, – прервал его спокойным тоном Серебрянников. – Мы оба были молоды и понимаем тебя. – Собравшись, он добавил не по своей воле: – Нужно будет поговорить, обращайся ко мне. – Поймав благодарный кивок супруги, Михаил сделал еще один глоток кофе.
– Спасибо, – повторил Саша, снова опуская взгляд.
Услышав приближавшиеся шаги из коридора, все обернулись.
В кухню вошла Роза. Ее красные волосы распушились и были похожи на тычинки дикой лилии в период цветения. Потирая сонно веки, она подошла к Саше и обняла его. Парень, обрадовавшись, коснулся ее рук. При виде нее сердце в груди трепетало еще больнее и вовсе не от волнения.
– Все хорошо? – шепотом спросила она, вручив ему его телефон.
– Вполне, – уверенно, но глухо ответил он, принимая айфон из ее согретых сном рук.
Роза кротко присела рядом. Столкнувшись с бдительным взглядом папы, она отвела истерзанный досадой взор…
Позже Саша вернулся домой. Пройдя огромный пустой холл, он услышал грозный голос отца, доносившийся безжалостными раскатами грома из зала:
– Опять ходил на вечеринку?
Парень резко развернулся к мужчине:
– Я веселился. – Он развел локтями по сторонам, удерживая ладони в карманах куртки. – Это плохо?
– Мне сказали, что Роза была у нас, – недовольно сообщил Алексей Анатольевич, читая документы в изредка подрагивавших руках.
– Тебя это не должно касаться, – бросил Саша, собираясь уйти, но строгий приказывавший тон отца его остановил.
– Вы встречаетесь? – допрашивал мужчина дальше, перелистывая страницу в папке.
– Да, – просто ответил сын, напрягая подбородок, – и за наше совместное времяпрепровождение я не обязан отчитываться.
Отец поднял суровый взгляд от документов на чересчур осмелевшего сына.
– Я думаю не о тебе, – давяще говорил он, сняв очки, – а о ней. Она не из тех девушек, с которыми можно играть. Рядом с тобой, непослушным и капризным мальчишкой, она станет несчастной.
Саша, подняв брови, охнул и сжал нагревшиеся в карманах куртки ладони.
– Я и не собирался с ней играться, – возбужденно воспротивился парень, – и я к ней отношусь с уважением.
– Разумеется, – саркастично растянул Алексей Анатольевич, – к Виктории ты тоже относился с уважением.
Саша стиснул зубы, сдерживая дрожавшие кулаки, словно разожженный металл изношенными тисками.
– То, что было с Викой, никогда не повторится с Розой. Рядом с ней я чувствую себя иначе, – пророкотал сын.
– Ну, да, – с усмешкой произнес мужчина, – а что так напрягся?
