…А тут ещё — Мария Павловна вдруг сама, в междугородном звонке ему на дом, договорилась о встрече (именно с ним, а не с тем, кто вёл дело сейчас) — и завтра должна приехать! И уже ездила в Киев опознавать в какой-то больнице подростка с провалом памяти — но это оказался не Захар! Правда, сказала: «Какое-то сходство было, но сам он — скорее монголоидной внешности, и ни меня, ни моего младшего не узнал. Нет, это не он…» А теперь — будто узнала что-то очень важное, и хочет рассказать именно ему!..
…Но вдруг всё стало меркнуть — и видение утреннего сентябрьского пляжа с идущим по мелководью Ромбовым сменилось пеленой серого мрака…
«И всё же — как обеспечивается такая связь? — почему-то подумал Кламонтов. — Как, через кого сделаны записи? Даже этого не знаем…»
— И перерыв совсем ненадолго, — не дав опомниться, объявил Вин Бapг. — Только позавтракаем — хотя у нас тут ночь — и сразу опять запись! Из того поезда, в январе 2142-го! Но… уже по данной версии событий, — чуть помолчав, добавил он. — Без Кременецкого. Без того, что ему предстояло сделать. Вот и узнаем: что случилось там, на Луне…
— Нет, а как… он сам? — в отчаянии вырвалось у Мерционова. — Где он, что с ним?
— Вагон ищет пути, — ответил Вин Барг. — И пока нашёл… вот это. Так что давайте быстрее: запись ждать не будет…
«Да, закрутились события, — ещё подумал Кламонтов берясь за рукоятку материализатора. — Но нет: не может всё так кончиться! Должен быть выход…»
Скоростной поезд Львов — Шанхай отошёл от станции Верхний Баскунчак и набирал скорость. Вечерние огни города остались позади, и вскоре лишь трапеция света от соседнего купе бежала за окном по ровной поверхности мелкого, очевидно, свежевыпавшего снега. Чжоу Мин, разложив кресло в полку, давно спал — по времени его пояса была глубокая ночь. Да и здесь, у границы России и Казахстана, было далеко за полночь 30 января — это по всемирному шёл ещё последний час 29-го…
(«А граница условна, — подумал Кламонтов. — IIрocкoчат и не заметят…»)
А Герм Ферх — и сидел в кресле, вспоминая…
Когда-то, ещё не побывав за пределами Земли, он много читал (и в документальной литературе, и в фантастике) о всевозможных космических авариях — но мог ли тогда представить, что случится с ним самим и с теми, кого он знал? Там, в кратере Хла Мьинт на Луне…
(«Какое-то бирманское название, — прошептал Вин Барг. — И я его не помню…»
«Так это нужен астрономический справочник, — ответил Мерционов. — А в вагоне его нет.»
«Вот вам и легенда о людях из вагона, ищущих что-то по книгам, — вырвалось у Кламонтова. — Порой самое простое!..»)
