— …А потом, как вы и говорите — в углу, мелким шрифтом: на самом деле родительских прав лишён алкоголик; тот, кто «сбежал, бросив товарища» — сам был ранен; а у «бездомного страдальца» есть ещё одна семья, в государственной квартире, — продолжал Ромбов. — Но это мелким шрифтом и гораздо позже — а до тех пор… Знаете, бывает даже: кто-то, прочтя такое, решает сам взяться за дело и дойти до правды — как бы в роли добровольного адвоката человека, которого раньше не знал? И даже, когда я только начинал работать, был случай: пришёл такой читатель, и не то что попросил — потребовал встречи с подозреваемым по одному делу, которого в газете представили в самых сочувственных тонах! Куда нам деваться: вывели ему татуированного уголовника, единственного подозреваемого по данному делу… И тоже шок: он ожидал увидеть человека интеллигентного, вроде себя — а где мы возьмём такого, как описан в газете, если там факты его биографии вставлены в психологическую характеристику кого-то совсем другого? И этот «гибрид» — выдумка корреспондента, его просто нет в природе? Но это ещё что… Страшнее — когда в угоду такой выдумке на всю страну оболган реальный человек. Который, может быть, и сбежал с места какой-то драки — но какое у кого право решать, что он обязан там погибнуть? Или пусть — отсудил у родственника наследство, сдал его в дом престарелых… А сам корреспондент пробовал годами ухаживать за психически больным — чтобы потом обвинять другого, что тот не выдержал? Но как они «заводят» читателя: кругом ложь, обман, предательство, несправедливость, директоpa воруют, а судят вахтёров, выпускники вузов не едут «по распределению», и тому подобное…
— А такой Захар Кременецкий читает, и думает, что рассчитано на его уровень, — согласился психиатр. — Опубликовано-то для миллионов читателей! Хотя — зачем опубликовано, чтобы что доказать? Или возьмите те же фильмы, где в самой невинной ситуации вдруг, ни с того ни с сего — оскорбление, мордобой, разбирательство с выяснением отношений? Так и хочется спросить: чем обижен сам автор сценария или режиссёр, зачем придумывает такое? Тем более — если действительно молодёжных проблем, по всему видно, не понимает? Да, но и то верно: где ему понимать так, как понимаем мы здесь? В нашей профессии, с нашим опытом?
— Ну, вы-то больше и имеете дело с особыми проблемами, — неуверенно начал Ромбов. — И даже с особой молодёжью…
— Нет, не скажите… Тем более: где грань? И вот опять же к вопросу о скрытой патологии: что иногда родители закладывают в подсознание детей — и что, случается, провоцируют в них сами. А отсюда — скрытые комплексы, которые проявляются в самый неожиданный момент… Вот например: в школе на медосмотре один ученик из всего класса не может заставить себя снять рубашку — и знаете, почему? Когда-то уже, ничего не подозревая, вышел во двор без рубашки, а потом дома — скандал по этому поводу!..
— А это-то почему? Что тут такого?
— Да вот оказывается: они с трудом «выбились в люди», перебрались из деревни в город — а он этим их позорит! Такое представление о цивилизованности! Хотят быть «более городскими», чем сами горожане, что ли…
— И это… на 66-м году Советской власти? — ещё более удивился Ромбов. — В нашей стране? Такие дикари?
