— В том-то и дело: не его ранний почерк! Наоборот: уже выработанный, но чужой! А сам текст: «…— Здравствуй. Тебя взяли? — Взяли. Экспедиции на Эпсилон отправляют 1 февраля, послезавтра. Вот что я узнал сегодня в школе. Оказывается, весь наш 8-В класс пропустят 31 января на космодром по особым пропускам. У меня есть такой пропуск. В общем, ты приходишь за 5 минут до намеченного времени. Корабль стоит где-то за сто метров от проходной, так как электростатический звездолёт почти безопасен. Ты для вида направляешься к скамейке, расположенной недалеко от звездолёта — а сам заходишь за него, и прячешься в аварийном люке…»
— «…А запасы пищи?…»— продолжал читать уже Мерционов. — «…Они рассчитаны на 7 человек. — Не беспокойся, я уже подделал перфоленту… — А мощность двигателя? — Там уже установлены секретные дополнительные двигатели… Да, а если твои родители позвонят в милицию?…»
— «…Не беспокойся…», — продолжил далее Тубанов. — «…Ты их хорошо знаешь. Отец по случаю своего дня рождения нагнал столько самогона, что будет пьян в доску, это точно. Они протрезвеют не раньше пяти часов утра, а старт в пять тридцать две…» Да, но… как же это?
— «…На следующий день Тубанов не пошёл в школу…», — продолжил Ареев. — «…Он собрал все вещи, предназначенные для отправки в космос, в маленький чемодан. Закончив эту работу, он взглянул на часы. До отъезда оставалось ещё два часа… Начали собираться гости, приехавшие «обмыть» день рождения собутыльника… — Иди делать уроки! — заорал он на сына — и созвал гостей в комнату, перекрыв доступ к чемодану… Тубанов надеялся, что всё вскоре опьянеют, но проходило время, а пока они были трезвы. Оставался всего час»…
— «…И тут кто-то обрушил мусорную урну на голову другому…», — вновь подхватил эстафету Мерционов (читая уже не всё подряд, а через слова и фразы). — «…Кто-то истошно заорал «Ложись!», и тут же раздался сумасшедший хохот, а за ним крик — кто-то сел на горящую папиросу… Посыпались зубы… Раздался кашель пьяницы, закурившего сразу пять папирос… Но Тубанов… стал быстро одеваться… Одев на ходу меховую шапку и схватив чемодан, он вышел… Дойдя до остановки троллейбуса, Тубанов стал искать на небе знакомые созвездия…», — Мерционов недоуменно поднял взгляд. — Действительно, как же это?
