Читая солидную четырехполосную городскую газету „Обская жизнь", мысленно пройдем по молодому, строившемуся типично по сибирским законам (вдоль реки), городу.
Где в то время могла звучать музыка, откуда, собственно, она попадала в город?
Не беря во внимание музыкантов-одиночек, музыкантов-любителей, шарманщиков, балалаечников и гармонистов, скромно промышлявших на городских площадях, базарах, на пристани, оседавших то в трактирах, то в питейных домах и исполнявших пьески и песни в русле музыкального фольклора тех времен („Маруся отравилась, на кладбище везут...", „Кирпичики", „С тобой бы я, милый, развлекалася..." и тому подобные), конечно же, такими местами могли быть только квартиры и дома достаточно культурных приезжих из европейской части страны — инженеров, строивших Великую Транссибирскую магистраль, врачей, учителей, церковнослужителей, купцов и, естественно, торговцев, привозивших на берега Оби вместе со своим домашним скарбом и духовные ценности: книги, картины, ноты, музыкальные инструменты, граммофоны и, разумеется, первые шеллачные пластинки.
Первой „эстрадной" певицей, выступившей в Новониколаевске, была Мария Александровна Каринская.
Случилось это летом 1902 года.
Поскольку никаких сцен и эстрад в маленьком поселке строителей тогда не было, выступления Каринской проходили в частных домах инженеров З.Шамовского и Я.Когана, а потом состоялся и большой концерт в железнодорожной школе. Репертуар, понятно, был самым популярным: романсы, русские и цыганские песни.
Поскольку миграция в Западную Сибирь в начале XX века была весьма интенсивной, с потоками энергичных людей, с многочисленными искателями новой жизни, с различными специалистами в Сибирь начинают проникать и первые сведения о музыке, бытовавшей в центральных областях России — салонной и садовой. Именно к этой музыке в те времена вполне применительны определения „легкая" и „развлекательная".
Салонная музыка всегда была уделом привилегированных слоев общества, не случайно именно там родились многие шедевры русского романса, русской классической, хоровой и камерной музыки. „Садовая" же музыка не имела столь четких эстетических и музыкальных границ и исполнялась во время празднеств, гуляний в садах, парках, имениях, на городских площадях, и звучала в качестве аккомпанемента к различным спектаклям и постановкам. Оркестры, в своем подавляющем большинстве военные, духовые, стали проводниками той уже действительно НОВОЙ МУЗЫКИ, которая понемногу, буквально по каплям, просаживалась из североамериканских штатов. Эти духовые оркестры имели стандартный инструментальный состав — трубы, корнеты, тромбоны, флюгель-горны, сюзафоны, а впоследствии — и саксофоны. Кстати, как раз распад военных духовых оркестров дал после окончания Гражданской войны в США первый огромный импульс к возникновению одной из базовых основ джаза — неграмотные негритянские музыканты получили вдруг доступ к дешевым духовым инструментам, и начали интерпретировать музыкальные навыки африканского искусства на инструментах европейского происхождения.
Популяризаторами новой американской музыки на заре становления нашего города стали также таперы в кинотеатрах немого кино, аккомпаниаторы, оркестры театральных групп, ресторанные музыканты.
К чести отцов города, уже к 1910 году Новониколаевск достаточно выделялся среди других заметных центров Западной Сибири. В панораме каменно-деревянных построек города в то время активно функционировали отделение Сибирского торгового банка, биржа труда, различные страховые агентства, кредитные конторы, управление Западно-Сибирского речного пароходства, порт, склады, торговые ряды, парк извозчиков, пожарная часть, лесопильный, два пивоваренных, кожевенный и четыре фруктоводных завода. Шли службы в Александровском соборе и трех церквях, дети обеспеченных горожан учились в трех школах и в женской гимназии. Было построено три больницы и реальное училище. Сеть небольших салонов, трактиров и питейных заведений пронизывала весь город.
Именно здесь и звучала народно-бытовая музыка.
Своеобразными клубами для городской интеллигенции, в том числе и музыкальной, служили дома известных в городе лиц, а также большие общественные собрания. Например, газета „Обская жизнь" сообщала, что в домах первого новониколаевского врача Ивана Ивановича Абдрина и городского старосты Захария Крюкова местная музыкальная общественность может посетить танцы и познакомиться с новинками фирм „Зонофон" и „Пишущий Амур", в потоке продукции которых мы встречаем и первые предджазовые произведения и синкопированные ритмы.
Необходимо, кстати, учитывать и тот факт, который в дальнейшем будет выглядеть еще более значительно, что сами по себе сибирские города питались культурной информацией не только с Запада, но и с Востока, прежде всего из Японии и Китая, а через эти страны соответственно и из США, которые, как известно, и считаются истинной родиной джаза.
