— Это, если хотите, альфа и омега наших мелиораторов. Детальная, поэтапная разработка всех аспектов мелиорации, подтвержденная многолетними исследованиями. Но, к сожалению... — он на секунду замялся, подыскивая нужное слово... — не у всех еще одинаково развито экологическое сознание. Не все еще прониклись экологическим предвидением. И я говорю таким людям: «Если вы не хотите думать о будущем, его у вас просто не будет». — Он принялся расхаживать по кабинету, изредка перелистывая брошюру, которая была сплошь испещрена его заметками. — Существует довольно живучий предрассудок: если на заболоченной площади провели осушение, то урожай на ней автоматически гарантирован. Детское легкомыслие! Поверьте, я знаю, что говорю. Тридцать лет в мелиорации, начинал рядовым техником на осушительном участке... Природа — это переплетение взаимных зависимостей. Количество видов растений зависит от структуры почвы. Здоровье почвы поддерживают грунтовые воды. Равномерное поступление влаги регулируют верховые болота и лесные озера. Птицы, животные и насекомые заключают эту экологическую цепочку...
И вот приходим мы, мелиораторы. Прокладываем каналы, проводим закрытый дренаж, строим гидротехнические сооружения. Ландшафт существенно меняется — и вместе с ним состав растений, система водообеспечения, температурный режим, физические и химические свойства почвы. В конечном итоге это эффект положительный, он ведет к повышению плодородия, к увеличению грубых и сочных кормов для животноводства... А как отразятся эти изменения на соседних, естественных, ландшафтах? Как отреагируют на это верховые болота? Не начнется ли ветровая эрозия? Наконец, как быть с животными, птицами, насекомыми?.. В этом документе, — он еще раз показал на «Методические рекомендации», — приводится подробный перечень мероприятий, как избежать вредных последствий мелиорации, как, не нарушая экологического равновесия, создать высокопродуктивные сельскохозяйственные угодья.
Бердичевец посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, хотел еще что-то добавить, но вдруг махнул рукой:
— Собственно говоря, что это я вам все рассказываю,— по-свойски усмехнулся он. — Поезжайте-ка лучше на Волму, на осушительно-оросительную систему. Глаз правдивее уха...
Мы мчались по прямому и гладкому асфальтовому полотну, и скорость приближалась к ста. Проносились мимо поля ажурные конструкции поливальных установок «Фрегат», башни водонапорных сооружений, грузные скирды сена, похожие на ржаные буханки.
В дымчато-синем воздухе кувыркались чибисы, с горделивым достоинством хлопотали аисты, выискивая солому и хворост для гнезд. По свежей пахоте разгуливали грачи и... чайки.
Окружающий пейзаж дышал устоявшимся покоем, и я, наслаждаясь скоростью, подумал, что едем-то мы не по шоссе в привычном понимании слова. Это скорее главная полевая магистраль, связывающая не населенные пункты, а разные земельные угодья и служащая границей между совхозами... Вознесенная над горизонтом песчаной насыпью, асфальтовая полоса была подобна живому древесному стволу. Она выпускала из себя, как побеги, десятки других асфальтовых дорог, а те, в свою очередь, делились на гравийные проселки, обтекающие каждое поле в отдельности.
— А ведь раньше здесь не было никаких полей, — сказал мне начальник мелиоративного участка Евстафий Тимофеевич Яромчик. Он приехал сюда в 1968 году и застал природу в миг «сотворения мира» — твердь, не отделившуюся от хляби. Зыбкие, качающиеся мхи и торфяники, миазмы испарений, тощие елки и березы, разбросанные среди болот... — В этом месте, — Евстафий Тимофеевич протянул руку в сторону трактора, который перепахивал иссиня-черную почву, — речка Волма разливалась так, что у берез только одни верхушки торчали...
Асфальтовая дорога вытянулась в струнку, но Яромчик тронул водителя за плечо, чтобы тот не торопился.
— А здесь,— взглядом показал он на старика сторожа, который примостился на бетонной стенке канала с удочкой в руках,— у нас работал одноковшовый экскаватор Э-652, оборудованный на еланях. Что такое елани? Искусственный островок среди болот. Это тебе и рабочее место, и место отдыха, и, если хочешь, танцплощадка. Делали их из двух или трех слоев бревен. Вот тебе и жизненное пространство. На этом сухом «пятачке» и вкалывал наш Э-652, медленно передвигаясь по еланям. Между прочим, дизтопливо для него мы на спине таскали... Я тогда десятником здесь работал, ось давал для прокладки канала, вехи ставил на каждом пикете. Весь день по пояс в воде, а ночью, пока сушишься, техническую документацию оформляешь. Веселая была работенка — не соскучишься!..
Дорога разматывалась бесконечной сверкающей лентой, и, глядя вперед, где в воздух поднимались пригретые солнцем пары весенней земли, как-то не верилось, что была капризная речушка Волма, петляющая среди болот, и были разливанные болота, рассадники сырости и комарья...
