А между тем в шестнадцатом веке некий Томаш Кантцов, побывав на одном из островов Балтики, а именно на острове Волин, нашел там огромные обработанные камни. «Это фундаменты, оставшиеся от древнего города»,— записал Кантцов. Кроме того, в своих записях он привел свидетельства моряков, которые утверждали, что в ясную погоду на дне моря у берегов этого острова можно видеть руины каменных зданий. Кантцов считал, что легендарная Венета находилась на острове Волин. Тем более что в летописи говорилось, будто бы Венета стояла на острове, запирающем вход в пролив. Историки обрушились на Кантцова с насмешками и быстро отбили у него охоту заниматься древностями. На этом обследование загадочного острова прекратилось на несколько столетий.
Только в 50-х годах нашего века историки вернулись к легендарному острову. Во время строительных работ на острове были обнаружены остатки полусгнившего деревянного строения. Польские археологи определили, что бревнам не менее тысячи лет. Раскопки показали, что жители Венеты были искусными мореходами. Даже мостовые они мостили старыми досками от кораблей.
Хозяевами этого города были славяне. Археологи обнаружили во время раскопок глиняные черепки с характерным славянским орнаментом. Древние постройки также имели типично славянские черты.
Легенды о богатстве города не были выдумкой. Археологи нашли множество украшений из золота и серебра, но главным образом из янтаря. Жители Венеты были не только его добытчиками, но и искусными мастерами, изготовлявшими из янтаря красивые ожерелья и подвески.
— Значит, древние славянские легенды про янтарный остров Буян и про змею Гарафену, которая сторожит этот камень, пришли к нам из Венеты? — спросил я.
Анди ответил не сразу.
— Мне думается, что дело обстоит не так просто. Я слышал от поморов, что существовал старинный «янтарный волок». Из Белого моря шли в Двину, затем поднимались по ее притоку Пазе. Оттуда через волок — в Печору. На ее берегах и добывали морской ладан. Но ходили и еще дальше, куда-то на берег Ледовитого океана. Поморы хранили морской ладан на почетном месте за иконами или на виду, на самой божнице. По древнему обычаю, чтобы не покидала удача, корабль перед выходом в море окуривали дымом горящего янтаря...
— В чем же заключалась необычайная притягательность янтаря? Только ли в красоте?
— Думаю, древние знали и ценили прежде всего целительную силу его, о которой мы, возможно, знаем далеко не все...
Анди замолчал. Сейчас я отчетливо слышал, как шумят под ветром деревья и глухо плещет волна.
Наутро, когда я снимал лодку с якоря, Анди, глядя в морскую даль, сказал:
— Я буду искать остров Буян за Полярным кругом...
В деревне Черная Река мне приходилось бывать, по островным понятиям, часто. И когда бывал, непременно заходил к поморке Евдокии Михайловне Никифоровой — попить чайку и послушать ее рассказы. Ей в ту пору было восемьдесят пять — годы, что и говорить, великие. Однако бабка была бодрая, жила одна и по дому все делала сама. В свое время Евдокия Михайловна и ее муж, Андрей Павлович, были первыми лесниками-наблюдателями острова Великого.
— Евдокия Михайловна, а что вы знаете про остров Буян? — спросил я после встречи с Анди.
— Сказывают мудрые люди, что когда-то на острове Буяне построили подземный дворец. И снесли туда со всей земли, из всех тридевятых царств, тридесятых государств всю мудрость, в книгах писанную, в камне высеченную, в образах рисованную. И над тем местом посадили дуб. Коли ты знаешь заклятье, дак в тот подземный дворец можешь спуститься. А самая главная мудрость и самые важные секреты написаны на шаре, который из алатырь-камня выточен. Прочитаешь эти письмена — узнаешь про все на свете и даже про то, как молодость воротить.
— Неплохо бы побывать на острове Буяне, — заметил я.
— Прежде чем туда попасть, нать на Грумант заворотить, — сказала бабка.
— А зачем?
— Как зачем? Грумант-остров тоже ведь непростой, тоже волшебной. Нать взять с Груманта черных камушков. А коли на Буян попадешь, то приди под дуб, брось камушек через левое плечо да скажи заклятье. Тут дверь в подземелье и отворится. А как через правое плечо кинешь — закроется.
Сказывали, мой прадед на острове Буяне побывал. Вот как дело было. Били они китов в теплых норвежских водах. И увидели среди моря лодку с парусом. Поняли, конечно, что беда с каким-то кораблем вышла, подплыли к лодке...
А там сидит какой-то иноземный купец. Взяли его на борт. По-русски он мог говорить, рассказал, что с ним вышло. Команда взбунтовалась, ограбили его да и ссадили в лодку.
— А куда же шел твой корабль? — спросили у купца.
— На остров Буян.
Тут поморы-китобои переглянулись. Слыхали они про остров Буян не раз, но чтоб в самом деле ходить туда...
— Небось матросы твои забоялись туда плыть, — говорит прадед, Иваном его звали.
— Забоялись. Стали нам попадаться великие змеи морские, вот они с перепугу-то и сделали злодейство.
— Туда кто хошь забоится, — говорят поморы.
— А я бы не забоялся, — говорит Иван.
