— Если хочешь,— предлагает ему иноземный купец,— садись ко мне в лодку, ветер как раз подходящий. Только еды возьми да бочонок с водой. А ише — есть ли у тебя черный камушек с Груманта?
— Есть,— говорит Иван.
— Возьми его с собой всенепременно.
И поплыли они туда, куда ветер путь им показывал. Долго плыли. И ничего не боялись. Случалось, великие морские змеи пасти на них разевали, не было страха.
Наконец встал из вод остров Буян. Он из себя не так уж и велик — версты две в длину и будет. Покрыт багульником, голубичником, вереском. Птицы там дикой превеликое множество.
Посередь острову стоит дуб. Иноземный гость кинул через левое плечо камушек, сказал заклятье. Мигом отворилась дверь в подземелье. Иноземный гость стал спускаться по лестнице. А Иван не спешит, свой камушек подобрал.
Спускается следом. Темно, жутко. Подошли к тяжелой двери, обитой железом. Купец дверь толкнул, тяжко она заскрипела. И ударил им в лица свет.
Видят они большую комнату. Посередь ее стоит тяжелый дубовый стол.
На столе — мраморная чаша. А в ней — шар из алатырь-камня. Весь он светится желтым светом, и видны на нем диковинные письмена.
Купец пошептал немного, руками над шаром поводил, потом вдруг схватил его — и бежать. Иван было следом — дверь перед ним захлопнулась. И не поддается.
Вдруг слышит Иван ужасный шум и скрежет. И видит — вылезает из-под стола скелет большущей собаки. А пасть у нее зубами щелкает, и каждый зуб — длиной с палец Ивана.
Что тут делать? Никакого оружия у Ивана нету, даже дубины простой. Тут уж он испугался. Да с испугу-то бросил в этот собачий скелет черным камушком. Камушек прямо в пасть угодил — и вмиг весь скелет на косточки рассыпался.
Иван камушек схватил, поворотился было к двери, да услышал шум ужасной. Летит на него стая медных летучих мышей, острыми когтями бряцает. А впереди стальной коршун.
Бросил Иван своим камушком, прямо в коршуна попал. И тут коршун поворотился да и кинулся на летучих мышей. Вышла меж има битва великая, крик, звон, визг поднялся. Иван скорей бежать прочь. Дверь перед ним открылась.
Выбежал наверх и видит: лежит купец бездыханный, с разбитою головою. На дубу-то, вишь ли, был один-единственный сухой сук, он и пал ему на голову.
А рядом янтарный шар лежит и светится ярко так — глаза сами собой жмурятся.
Вдруг сухой сук превратился в змею, заползла она на дерево и там снова в сухой сук обратилась...
Взял Иван янтарный шар в руку и прочитал на нем таковы слова: «Тот все великие истины узнает, кто меня не ради себя, а ради многих людей похитит».
Думает Иван: «Нехорошо оно вышло-то. Не по чести, не по совести, видать, мы на остров Буян попали. Нать этот шар назад снести».
А идти-то назад ох как боязно! Однако Иван твердое сердце имел.
Спустился потихоньку в подземелье. Видит: стальной коршун и медные летучие мыши недвижимы лежат. Положил Иван шар янтарный в мраморную чашу — и мигом с полу вся нечисть исчезла.
Поднял он глаза, а у стены уж стоит высокое кресло, и в нем сидит девица красоты неописуемой. И на голове у нее янтарная корона. Улыбается она и Ивана спрашивает:
— Зачем пожаловал ты на остров Буян? Чего ты здесь ищешь?
Тут Иван совсем опешил, руками развел и говорит:
— Да вроде бы ничего и не ищу. А интересно было мне взглянуть на остров Буян да потом внукам своим про то рассказать.
Тут она снова улыбнулась и говорит:
— Ну что ж, вот ты и посмотрел на остров Буян. Счастливо тебе до дому добираться. Только не забудь свой камушек.
И протягивает ему черный камушек.
Взял его Иван и пошел прочь. Вышел на берег, а тут и корабль его стоит. Поморы шумят:
— Здорово, Иван! Вишь ли, ветрами буйными нас сюда занесло, тебе на счастье!
Вернулись они благополучно, и много раз потом Иван сказывал, как он на острове Буяне побывал.
Прошло время. С арктического берега, что возле Чешской губы, привез я пластинку янтаря величиной с ладошку ребенка. И когда гляжу на нее, всегда вспоминаю рассказы поморов о северном янтаре. И конечно, лесника Анди. Нашел ли он остров Буян? К сожалению, след Анди затерялся, но я слышал, что кусочки янтаря обнаружены геологами в ряде мест Яно-Индигирской низменности, на побережье Ледовитого океана и в низовьях Лены.
Беломорский Геракл
Очерк В. Опарина можно отнести к разряду «вторичных быличек» — рассказ о реальных случаях, в который вкраплена сказка-быль о легендарном острове Буяне и камне-алатыре. Комментария требует вторая, сказочная сторона очерка.
