Это сказал худой человек, с хвостиком из чёрных волос на затылке, в кожаной куртке с заклёпками и в огромных ботинках на толстенной подошве. Рыжий с ним согласился:
— В натуре, Батон, давай уже тащи мангал, всё же есть. И угли, и розжиг, че ты фигнёй занимаешься?
— Хочу костёр, мангал не убежит, — ответил Батон.
Его голос был насыщен слюной. Он не говорил, а клокотал, будто рот наполняли желудочные соки, поднявшиеся из чрева, чтобы уже там начать переваривать долгожданную пищу. Батон — полная противоположность худому — лысый, с огромным животом. Полосатая рубашка удерживала нависавший над брюками живот, как бюстгальтер. Он сидел на корточках рядом с костром и размахивал картонкой. Жирная харя. Наверняка сожрёт больше всех.
— Рыжий, ну его нахрен. Давай уже всё достанем и соберём, пока он тут физкультурой занят… — Тощий икнул и приложился к бутылке. — И пива там возьми, надо бы его в пруд. А то согреется.
— Точняк, мочу пить не охота, — согласился Рыжий и отправился к багажнику.
Он принялся вынимать пакеты и складывать рядом с колесом. Затем взял ящик пива, пошёл с ним к пруду и, как есть, окунул в воду, закрепил в глине. Вернулся и проделал то же самое со вторым. В обоих звенело по двадцать бутылок. Нет, в первом уже семнадцать.
Затем он взялся за меня. Обеими руками. Я помню эти руки. Слабые… но нож держали крепко. Умели им пользоваться. Кряхтя, он отнес меня к костру и разместил под деревом.
Вернулся к машине, опустил стёкла, включил музыку и перенёс оставшиеся пакеты ближе к костру, над которым по-прежнему трудился жирный.
— А дайка мне розжиг, — Батон обратился к Рыжему.
— Слышь, Батон, ты хочешь нас без мяса оставить? Ща выльешь весь, а чем я потом буду угли кочегарить?
— Я мальца.
— Знаю я, блин, этот твой мальца. Фигушки!
— В натуре, Батон, хорош фигнёй страдать.
— Да, Егор, скажи фигня этот костёр. — Рыжий отвернул вторую бутылку и бросил пробку в небольшую яму на краю поляны.
— Так и я говорю фигня, вот ведь упёртая скотина, — ответил Егор.
— Не ссать, девочки, — отозвался Батон.
В этот момент все трое обернулись: к поляне подъехал серый уазик с надписью «Полиция» на синей полоске вдоль борта. Остановился. Грязные капли потекли по брызговикам и порожкам. Двери скрипнули и стукнули, на траву ступили двое. Оба в чёрных бронежилетах и с небольшими автоматами. Один держал оружие в руке, другой повесил на плечо и прижимал к поясу. На груди топорщились чёрные карманы, а серые брюки казались сшитыми из дорожной пыли.
Батон встал с колен, и друзья застыли, как поднятые по тревоге сурикаты.
— Добрый день, капитан полиции Авдосин, документы предъявите, пожалуйста.
Побледнели. Рыжий забрался в машину и начал рыть в бардачке.
— Пацаны, у вас паспорта с собой? — спросил он, выгребая бумажки из бардачка.
— Не знаю, там поищи, может в сумке, — крикнул Батон.
Егор стал хлопать себя по клёпаным карманам косухи и проверять джинсы. Его брови сошлись над переносицей в глубокую складку. Толстый сглотнул и обратился к ментам:
— А в чём, собственно, дело?
— Собственно в том, что вы совершаете незаконные действия. Про угрозу лесных пожаров слышали? А у вас тут костёрчик, как я вижу.
— Да это разве костёр? Он и не…
— Документы я сказал! — гаркнул мент.
Егор едва заметно вздрогнул. Тем временем, рыжий переворачивал в салоне вещи, пытаясь нащупать хоть что-то похожее на документы.
— Где? Не могу найти, — закричал он в открытое окно, — может у вас права с собой?
Батон и Егор дёрнулись в его сторону, но остановились под новым окриком:
— Стоять! Руки за голову! Живо! — Мент направил на них автомат, жирный и тощий уставились на небольшой чёрный раструб, которым оканчивался ствол.
— Мне чё, повторить?! Руки за голову! И ты! — обратился он к Рыжему, который уже по третьему разу обшаривал салон. — Вылезай давай.
Второй мент подошёл к машине и ударил кулаком по крыше.
— Вылазь, кому сказано?!
Через пару минут все трое стояли лицом к уазику, прижимая непослушные руки к затылкам. Сзади стоял мент.
— Люди у нас тут пропадают, — объявил он, — орудует банда. Оружие есть?
— Н… — голос не сразу послушался Егора, лишь со второй попытки. — Нет.
— Нет, значит. Семён, пошарь там. А если найду?
— Нет, нет, точно нет, — заныл Рыжий, — мы просто на шашлычок. Мы не банда.
— На шашлычок? — Мент заглянул в пустой багажник. — Где же он?
— Да там… — Рыжий повернулся к пруду, но тут же получил удар прикладом по спине, застонал и упал на колени.
— Стоять, я сказал.
Ноги остальных начали заметно трястись.
— Ага, обоссытесь ещё, торчки хреновы. Стоять! Не двигаться! Семён, ну чё там?
— Надо задерживать, товарищ капитан.
Цепляясь бронежилетом за руль, Семён выбрался из машины и пошёл к уазику. Вернулся с цепью и тремя наручниками. Обмотал цепь вокруг толстой сосны, застегнул на замок. Затем взял Батона и пристегнул к ней наручниками. В этот момент Рыжий немного пришёл в себя после удара — мент взял его вторым. Последним приковали Егора.
— Ну чё, Семён, как место?