ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 1 полностью

Они не спеша поужинали. Муж пах иначе, словно принимал душ вне дома. Ольга заметила, когда наклонилась, накладывая ему добавку. Все-таки она была права, когда запекла два куска мяса вместо одного. Зимин крупный, активный мужчина, белка и калорий надо много.

— Как прошел день? — спросила она.

— Отлично! — ответил он.

— С работы?

Не стала спрашивать, где был, пусть сам скажет.

— Из «качалки». А ты не ездила?

— С утра, — улыбнулась Ольга.

Значит, вот где он был. Вообще странно. Она словно улавливала мельчайшие нюансы, связанные с ним. И не только. Обоняние резко обострилось, как у дикого зверя. Вкусы поменялись. Зимин ее изменил.

— Кофе? — спросила она.

— Да, спасибо.

Она встала и начала варить, как привыкла, в джезве. Вдруг ощутила, как волну тепла, присутствие позади себя. Это беззвучно приблизился муж.

— Не пугай так! — поспешно убрала она с плиты блюдо с песком и кофе, чтобы не выкипел.

— Можно подумать, — обнял он ее за талию.

— Дай, закончу.

— Да я и не мешаю.

Воздух, словно наэлектризованный. Ольга решила, что один раз до кипения хватит, а то мало ли. Губы на шее, руки на талии — крадутся выше, скользят по платью.

Она ощущает это, как еще один узор на платье, как пятилучевую звезду, упавшую с неба на дно моря; как оковы, которые привязывают к нему навсегда и держат ее на земле. Ее рука сама собой ложится поверх его.

— Скучал?

— Да.

Зимин признался, хотя знал, что бабам лучше этого не показывать. Сразу начинают веревки вить и пытаться прогнуть под себя, превратить в ручную собачонку, чтобы тапки в зубах носил. Вон, как тот мелкий рыжий тип в углу у миски. Сидит, глазами ест хозяев, хвостом виляет. Служит.

— И я, — только и ответила жена.

Она правда соскучилась.

— Кофе-то будет?

Ольга кивнула, выбралась из его объятий и стала наливать по чашкам дымящуюся черную лаву.

— Час еще до турнира, — сказала она, поставив перед ним и собой кофе.

На часах только шесть.

— Пораньше поедем, — махнул он рукой. — Тебе долго там собираться?

— Не очень.

Ольга забрала волосы в пышный узел. Пара локонов на свободе, как будто сами вырвались из плена гребней и заколок.

Нарядилась, перед зеркалом покрутилась и убедилась в своей неотразимости. Шелковые юбки от движения взлетели выше колен и опали.

— Пу-пу-пиду! — пропела она и послала себе в зеркало воздушный поцелуй.

Надо запомнить это ощущение. Все. Теперь выйти к мужу.

— Ну, как?

— Хорошо, — окинул он ее одобрительным взглядом.

Ольга была немного раздосадована. Не великолепно, не превосходно, не отлично — просто хорошо? Не на такой эффект она рассчитывала. Ну да ладно. Это у них, женщин, уйма эпитетов и определений. Даже для цветов. Кому-то это просто коричневый, а для нее — темный, теплый янтарь. Может, в этом все дело? Разница восприятия.

Мужчины с Марса, женщины с Венеры.

Хорошо это или плохо?

Она, легко шагая «от бедра», подошла к Зимину и чмокнула его в губы. Потом отодвинулась, пригляделась и аккуратно стерла рукой с его твердых губ следы помады.

— Эй, не начинай, — поймал он ее за запястье.

— А то что? — изогнула она бровь.

— Нельзя сегодня опаздывать, — сказал он и тут же, против всякой логики, притянул ее к себе и начал целовать.

Пальцы женщины разжались. Коричневый атласный клатч упал на пол. Зимин отпустил ее руку, и она обняла его, обвив шею руками. Когда он отпустил ее, помаду пришлось поправлять уже ей.

Пекинес приплясывал рядом, принимая в делах семьи самое деятельное участие.

— Кыш! — скомандовал Мирослав.

— Да ладно. Слав, — начала она издалека. — Я сегодня звонила в больницу.

— К кому? А… — сообразил он. — И как там?

— Никак. Соседка очнулась, но пока в реанимации. Можно, Чарли еще немного с нами поживет?

— Он и так живет, — усмехнулся Зимин.

Собакин ему не мешает, даже какой-то уют привносит в дом. Уже не безликая квартира в новостройке, а что-то живое, свое. С ремонтом, правда, запара вышла, но Зимин сам теперь понимал, что на обычном матрасе лучше.

Жена опять целует. Благодарит за пекинеса. Тоже польза. Пусть развлекаются. Ей не скучно, когда он на работе. Хотя… она сама скоро выйдет на работу. Ладно, пусть играется в деловую женщину, пока не надоест. Это лучше, чем дома дуреть со скуки.

— Поехали уже, — сказал он вслух.

На «октагоне» уже вовсю кипели приготовления. Ольга поняла, почему запланировали мероприятие на четверг, а не на пятницу. Пробки не такие сильные. Но все равно еле успели.

— Мирослав Иванович, ну, ты где шляешься? — вопрошал Попов, который добрался раньше их.

— Уже тут. Пошли. Оль, побудь тут с ребятами пока.

Он отошел вместе с замом к организаторам. Администратор зала проводил ее и охранников на зарезервированные места. Не такие, как у всех. Обитые бархатом тяжелые деревянные стулья, стол — все условия, чтобы наслаждаться зрелищем. На столе лежали программки, были расставлены таблички с именами, бутылки с минералкой и бокалы.