ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 1 полностью

— Мирослав, ну, что же ты! — пожал он руку Зимину и покровительственно похлопал его по плечу, что не укрылось от глаз Базилевского. — У тебя, смотрю, гости?

Зимин мысленно засунул куда подальше свое недовольство и улыбнулся, хотя в глазах плескался арктический лед. Его неприятно кольнуло, когда он увидел реакцию Ильхана на его жену. Ибрагимов просто обжег ее взглядом, а она растерянно смотрела и молчала. Вроде знала об этой встрече заранее, но все равно не была к ней готова, и это выводило из себя. Равнодушные женщины так не смотрят.

Она говорила, что хочет смерти Ибрагимова. Значит, ненавидит его, не так ли? Слишком сильное чувство, и оно не возникает из ниоткуда. Больше всего ненавидят тех, кого раньше любили.

Мирослав знал это не понаслышке. Отец, для которого сын всегда был отрадой, несмотря на то, что связался с дурной компанией, теперь не желал его знать. Когда они встречались на могиле матери, он молча уходил, печатая шаг, как потомственный военный.

Может быть, в Ольге говорили отголоски старого чувства? Но Зимин знал, что никогда не отдаст жену никому другому. Исключено. Она — его женщина. Ибрагимов сыграет свою роль в сделке с Большаковым. Это нужно, чтобы Ольга освободилась от прошлого. И на этом все. Потом Мирослав постарается, чтобы они виделись как можно реже.

— Ильхан, познакомься, это Василий Иванович Базилевский, — представил Зимин присутствующих. — Василий Иванович, это Ильхан Николаевич Ибрагимов из «Стеллара».

— Очень приятно.

— Рад знакомству, — обменялись они рукопожатиями и приветствиями.

Ибрагимов умело держал лицо, хотя был изумлен. Да, он знал о прошлом Мирослава Зимина, но не ожидал, что тот познакомит его с кем-то из криминального мира.

Базилевский тоже удивился. Ждали одного, а пришел другой, какой-то левый мужик, о котором даже речи не было. Базиль нахмурился и вперил взгляд в Зимина.

— Отсюда и поподробнее.

— Сейчас все узнаете, — заинтриговал Мирослав. — Это свой, беспалева.

— Ясно.

Подошел Игорь Большаков. Снова взаимное знакомство присутствующих. Зимину пришлось пересесть поближе к жене, так как все места за столом были заняты.

Ольга немного пришла в себя. Настроение опять скакнуло с минуса на плюс. Она вдруг подумала, сколько же там, за закрытыми дверями, сейчас охраны. Человек десять, не меньше. Бдят. Женщина тихо фыркнула, но Зимин услышал.

— Что?

— Закажи, пожалуйста, мороженое, — попросила она.

Зимин обрадовался, что она наконец оттаяла и стала прежней.

— Какое? — спросил он.

— Эскимо, десять порций, — прошептала она, нагнувшись к самому уху мужа.

— Что?!

— Ничего, — проворчала она.

Поняла, что глупость сморозила. Кормить людей при исполнении — совсем не по регламенту. Брилев ей рассказывал, что на смене они давятся сухопаем. Не исключено, что угощение тут же окажется в мусорном ведре.

Ольга вдруг поняла, что превращается в копию Надежды. Та тоже обо всех заботилась, не спрашивая, надо или нет. Ужас! Этак скоро она переключится на мужа и замордует его своим вниманием. Скорее бы выйти на работу. Это она мается от нечего делать…

Ольга сделала знак официанту, который вновь появился, чтобы принять заказ у гостей. Она поманила его и сказала:

— Зеленый чай с лимоном. Нет, сахара не надо.

Хотя не отказалась бы от сладкого. Но она — кремень! Хватит уже в отпуске расслабляться, побаловалась, и ладно.

Остальные тоже сделали заказ. Подали обед, официанты ушли, и начался серьезный разговор.

Насчет сделки пришли к предварительному соглашению; она мысленно обозвала это «сговором». Ибрагимов продал акции — свои десять процентов — по дешевке, практически за сколько взял, но выдвинул условие. Его представитель получает место в совете директоров и поставит своих людей на всех ключевых постах. Важно было контролировать процесс продажи дочерних подразделений холдинга. Разница в стоимости акций выплачивалась по итогам окончательной продажи «Лета» по частям. Большаков согласился с заявленными требованиями.

То есть сейчас Ибрагимов шел на уступки, и Большакову не понадобится влезать в долги, чтобы приобрести акции. Но в долгосрочной перспективе он получал намного больше, чем, например, Зимин прямо сейчас.

Решение Ильхан принял не с бухты-барахты. Он озвучил цену, однако Большаков, обескураженный предстоящими расходами, попросил рассрочки по платежам или снизить стоимость акций.

— Вместе с пакетом Зимина двадцать девять процентов, мне столько не потянуть, — честно признался он.

— Вы можете заложить что-нибудь из активов или отдать под залог по кредиту.

— Могу, — согласился Большаков. — Однако, если есть такая возможность, хочу этого избежать. Пока дойдет до продажи «Лета», все выплаты лягут на меня.

— Понимаю вас.

Базиль с подручным с интересом прислушивались, причем оба напоминали притаившихся котов. Наверняка им еще ни разу не приходилось присутствовать на деловых переговорах такого уровня в неформальной обстановке. Ольга поглядывала на них, пытаясь понять по лицам, о чем они думают. Лишь бы только не отказались от своего слова.

— Как думаете, Ольга, что лучше? — привязался к ней Ибрагимов, как тогда, в ресторане.