Тарас сделал знак, и парни открыли огонь, быстро сняв двоих у машины и двоих у колонны. Четверо. Пятый хотел бежать, рванулся к авто, но на полпути его сбил с ног боец Тараса, повалив на пол, заломив руку за спину и разоружив.
Все.
Тарас вызвал охрану здания. Бокса он обнаружил оглушенным и связанным в багажнике их собственного внедорожника. Отлично. Пойдет свидетелем. Двое других парней, увы, были мертвы. Их не пощадили во время захвата.
Кстати, нападавшие, видимо, хотели выехать на этой же машине, так что даже не удосужились сорвать видеорегистратор. Наверняка там записано все с начала и до конца.
— А вот и охрана здания, — увидел он спешащих через уличный спуск людей в форме. — Надо еще полицию вызвать.
Он набрал телефон одного из парней, оставшихся с хозяином, но тот не ответил. Тарас опять ощутил смутное беспокойство.
— Не делай глупостей, — спокойно, мягко сказал Ильхан охраннику.
Как там его, Никита Фокин? Вроде бы.
Так разговаривают с агрессивными и дикими животными, от которых не знаешь, чего ожидать.
— Надо было спускаться, Ильхан Николаевич, — почти с сожалением ответил бодигард. — Все было бы проще.
— Готов пойти на убийство? — с легким удивлением, все еще не веря, спросил он. — Сколько тебе заплатили?
Ему стало интересно, во сколько оценили его жизнь.
— Не спросите, кто заказал? — удивился парень, и даже ствол дрогнул на миг.
— А я знаю, — все так же мягко ответил Ильхан, сделав шаг навстречу. — И ребята знают. Ничего не изменится, если я сегодня умру. Тебя найдут и посадят. Скорее всего, дадут пожизненное.
Еще шаг, словно его не держат на прицеле.
— Стоять! — дуло уткнулось в грудь олигарха.
— Стою, — устало, немного снисходительно ответил он.
Страха почему-то не было. Исход давно предопределен свыше. Ильхан взялся рукой за дуло и сказал, глядя в глаза возбужденному от адреналина парню:
— Ну, чего же ты. Стреляй.
А сам, пока тот отвлекся, вставил палец под спусковой крючок, а другим прижал боек. Парень понял: что-то не так. Он отчаянно давил, но не мог выстрелить.
Ильхан поморщился и зашипел сквозь зубы. Палец смяло, прострелив нервы болью, аж перед глазами на миг побелело. Кажется, охранник хотел его ударить, даже руку занес…
— Хватит! — резко осадил его Ибрагимов. — Отдай ствол, и я тебя отпущу. Даю слово. Ты же все понимаешь. У тебя мало времени.
Предатель задергался, глаза его забегали. Пальцы ослабили хватку. Ибрагимов резко вырвал ствол и отбросил его в сторону. Он понимал: если оружие окажется у него, то охранник без труда его выбьет и потом добьет. Как напарника. Просто из страха повернуться спиной или не желая оставлять свидетелей.
— Иди, — сказал он.
Парень попятился, не сводя глаз с олигарха. Он осторожно открыл дверь, и тут ему прилетело в ухо с той стороны. Гаденыш зашатался и упал. За дверью стоял начальник охраны.
— Извините, что так долго, — сказал он, цепким взглядом оценив обстановку.
Хозяин жив, второй охранник без сознания или мертвый валяется на полу.
— Надо узнать, кто его купил, — не размениваясь на ругань, сказал Ильхан. — А еще лучше сдать в полицию.
Полиция как раз разбиралась с тремя трупами на подземной автостоянке. Двое — охранники арендатора с сорок второго этажа, и еще один — преступник, покушавшийся на его жизнь. Раненых бандитов и телохранителей увезли на двух машинах скорой помощи.
Следственная группа, прибывшая на место преступления, фиксировала все, брала показания и изымала средства видеонаблюдения с машин. Иного способа восстановить ход событий просто не было. Преступники вывели из строя систему видеонаблюдения на парковке, причем так, что не сработала тревога.
Вопросы были и к охране здания. Почему на вверенной территории, где парковочное место стоило пятьдесят штук в месяц, и случайных людей быть не должно, вдруг оказались посторонние? Почему полицию вызвали не они, а потерпевшие?
Ильхан наблюдал, как охранника, покушавшегося на его жизнь, выводят, сковав наручниками.
Начальника охраны и телохранителей наконец перестали допрашивать. Задерживать не стали, ограничившись тем, что проедут в отделение, а потом всех отпустят под подписку. Лицензия на охранную деятельность были в порядке, разрешение на ношение оружия имелось.
— Тарас, — сказал он, как только Кучин освободился. — Сообщишь мне, когда выдадут тела и будет назначена гражданская панихида.
— Но… — замялся начальник охраны. — Ильхан Николаевич, ребята все застрахованы. Я предупреждал на усилении, но…
Он с досадой махнул рукой. Было видно, что мужик расстроен. Ильхан читал дела телохранителей, прежде чем взять на работу. У них остались семьи и дети. И неважно, что застрахованы. Не имеет значения, что сами виноваты.
— Тарас, они отдали за меня свою жизнь, — сказал он, понизив голос. — Даже если они допустили ошибку, то заплатили за нее сполна. Я буду присутствовать на похоронах, а также поддержу семьи погибших охранников.
— Женщины вас не поймут, — предупредил Кучин.