Следующие полтора часа мы смеялись над попытками Дэвида выгнать дух Элизабет из дома с помощью священника, охотников за приведениями и сомнительных китайцев. А мелодрама действительно удалась! Особенно мне понравился эпизод, когда Дэйв пытался украсть тело Лизи из больницы. Мой список любимых фильмов снова пополнился. Когда пошли титры, я нажала на крестик и повернулась к Димке, узнать впечатления.
– Как тебе?
– Смотреть можно, – ответил он, улыбнувшись, – но если бы это был «Титаник», я бы застрелился.
Дима приложил указательный палец к виску и изобразил выстрел. Я засмеялась.
– Ну… мне пора, – он посмотрел на невидимые часы на запястье, я снова не сдержала улыбку.
Мы встали из-за стола и прошли к выходу, захватив грязную посуду. Я пошла на кухню, мама взяла у меня из рук поднос и кивнула в сторону дверного проема. Я доверила маме грязную работу, и подошла к входной двери, чтобы проводить гостя.
– Проводить до дома? – спросила я, улыбнувшись.
– Право, не стоит, – притворно смущаясь, ответил Сафонов. – Увидимся утром. До свиданья!
Он ушел, а я еще стояла в прихожей, слушая скрип закрывающейся перегородки, сменившейся хлопком, и удаляющийся топот.
Как только он ушел, я поняла, что мне давно хотелось побыть одной, хотя, почему-то было боязно придаваться еще не сбывшимся мечтам. Машинально развернулась, как только звуки стихли. А, вернувшись в комнату, растянулась на кровати.
Сердце замирало от страха и нетерпения… Я слышала, как открылась дверь, услышала приветствие папы… казалась время тянулось бесконечно… Меня пробрала дрожь, и я накрылась одеялом. Время тикало, и каждый тик-так откликался в моей голове. Каждые 3600 секунд удары старой и внутри пыльной коробки, именуемой старинными часами, увеличивались на один раз. Когда часы пробили полночь, я поняла, что мысли просто ускользают от меня, хотя мысли трудно уловимы, сама мысль о том, что проследить за своими мыслями, поймать их, уже мысль… Полночь… Почему-то мне вспомнилась моя любимая сказка… Интересно, почему именно после двенадцатого удара кончается волшебство? Может, потому, что когда затихнет последний удар, наступает новый день? Или может, потому что 60 делится на 12, и получается 5, это число всегда ассоциировалось с хорошим… Бред… А может, пока били куранты, Золушка успела убежать, потому что они били 12 раз… Моя голова тяжелела, глаза слипались, и я провалилась в забытье…
Утром я проснулась от глухого звука, странного, непонятного, но знакомого. Мне понадобилась целая минута, чтобы понять, что это стучит мое сердце. Я резко встала и у меня закружилась голова. Потерла глаза и взглянула на время. Боже, только шесть! Спать! Я хлопнулась на кровать, но только тело коснулось кровати, я подскочила с такой скоростью, что споткнулась о диван и распласталась на полу. Потом полетела в ванную. Через полчаса я была мокрая, но счастливая. Расчесала волосы и высушила их феном. Примерно полтора часа заняло у меня на все остальное. Пока перемеряла все, что у меня было, и пыталась накраситься, я в то же время, чтобы успокоиться, перебирала все возможные варианты, как пройдет сегодняшний день. Убедившись, что я ко всему готова, посмотрела в зеркало. Так… вроде все удалось.
Прямой нос припудрен, глаза подведены, губы, подкрашенные розоватым блеском, и если отойти на шаг, то даже не заметно, что одна губа чуточку больше другой, хотя это, наверное, только я могу заметить. Я прищурила свои миндалевидные глаза, придирчиво рассматривая свои волосы, всегда не дружащие с бигуди и прочей ерундой, сегодня они поддались моим усилиям и спускались закрученной волной по моим плечам. Так как до нашей школы форма только доходит мелкими шашками, я надела черное трикотажное платье, подчеркивающее торжественность момента. Мне было в нем слегка неудобно – я привыкла к джинсам – но оно лучше смотрелось и больше подходило к моим замшевым сапогам на высоком каблуке. В прихожей я накинула на себя шубку. Вот бы мама обрадовалась! Ведь она меня уже как месяц пытается в нее впихнуть, но она мне кажется слишком пафосной. Но сегодня торжественный день! Я улыбнулась, ощущая блеск на губах, вдела наушники и накинула на кудряшки меховой капюшон. Захлопнув дверь и закрыв ее на ключ, я грациозно, позвякивая сережками, выбежала на улицу.
Как же тепло! Даже в некоторых местах снег потемнел. Я прищурилась, солнце слепило глаза, но потом спряталось за тучу, сохраняя тепло для этого мира. Сердце сжалось от предвкушения, а губы расплылись в улыбке.
Лучи, проникавшие сквозь облака, обволакивали мои пальцы. А в ушах заиграл знакомый мотив, рождая счастье в каждой клеточке души. Закрыла глаза. Я чувствовала тепло… Внутри… Снаружи… Ноги двигались, подчиняясь мелодии. Я кружила в вальсе, представляя себя с элегантным кавалером и улыбалась. В какой-то момент мне даже показалось, что я чувствую руку на свой талии, как будто кто-то ведет меня… Наверное, порыв ветра… Открыла глаза… И в ту же секунду от неожиданности вскрикнула и свалилась в сугроб. От смущения, страха и шока у меня, казалось, онемели все конечности.