Метнув на Роллона яростный взгляд, я медленным шагом направилась к Вегготу, застывшему в отдалении. Раскинув руки, тот взывал к своим слугам, в огромном количестве направлявшимся в зал. Меня он пока еще не заметил, да и я была увлечена одним симпатягой с пустыми глазницами, решившим мной подзакусить. Когда я наконец его добила, то заметила, что колдун спокойно направился к выходу из помещения, прекрасно понимая, что даже Роллон в одно мгновение не справится с таким количеством врагов и в любом случае ему удастся уйти.
— Лита! — внезапно крикнул Роллон, обращая на себя внимание. — Не упусти его из виду, но в драку не ввязывайся! Я скоро приду!
Ну уж нет, тебя я ждать не буду! С такими мыслями я кинулась следом за ушедшим Вегготом.
Колдуна я нашла в соседнем зале. Он никуда не торопился и, судя по всему, кого-то ждал. По опасно сузившимся глазам я поняла, кого.
— Я настаиваю на поединке, — холодно возвестил он, чуть поведя пальцами. Тяжелая дверь захлопнулась, заперев нас в каменной коробке.
— Причина?
— Оскорбление чести.
Я фыркнула, вскинув голову. Кто бы говорил о чести…
— А более убедительного объяснения у тебя нет? Как можно драться из-за оскорбления того, чего не существует?
— Ты понимаешь, что злить меня чревато последствиями? — одним движением руки он сбросил черный балахон, темной горой складок опавший на пол и оставшись в наряде, а ля «мечта металлиста» — черной водолазке и штанах, заправленных в высокие, окованные сталью ботинки.
— Злить оборотня еще опаснее и недальновиднее. А уж тем более глупо причинять ему боль. Знаешь, ведь наш болевой порог значительно завышен, преодолеть его сложно. Но если уж кто-то преодолел…
— Злопамятная тварь! — прошипел он, неторопливо доставая темный клинок из ножен.
— Возможно, я злопамятна. А ты просто — тварь. Жалкая, ни на что не способная… кроме причинения боли другим…
— За свою дерзость тебе придется умереть.
— Посмотрим, кто из нас доживет до утра, — узкий меч серебряной змеей взметнулся вверх, отразив блики огня.
— Посмотрим, — согласился Веггот, замирая с мечом в руке. — Учти, ты осталась одна. Твой телохранитель тебе не поможет, зал зачарован от вторжения.
— Мне не нужна помощь.
Две тени закружились по залу, в одно мгновение сорвавшись с места. Со стороны трудно различить отточенные и быстрые движение, каждое из которых несет смерть. Со стороны кажется, что эти двое сошлись в танце. В безумно красивом, быстром и очень опасном танце… и даже непонятно, откуда вдруг на холодный каменный пол упало несколько тяжелых капель, а грани темного меча прочертила красная полоса. И почему рыжеволосая девушка медлит, на секунду застывая с оружием в правой руке, левую прикладывая к бедру? Но в следующую секунду она подняла глаза, на дне которых плескалась ярость. А еще, пожалуй, затаенная боль, в такие минуты выплывающая на поверхность. Она долго терпела. Долго пыталась все забыть, вырвать из памяти ту ночь, когда все произошло. Но сейчас выпал такой шанс… выплеснуть все сразу, чтобы больше не вспоминать, не просыпаться с застывшим на губах именем и никого не звать во сне… чтобы больше не снились кошмары. Пожалуй, для этого стоило станцевать до конца.
На лбу выступили мелкие бисеринки пота, костяшки пальцев побелели — до такой силы она сжала рукоять. С каждой секундой неслышно подкрадывалась усталость, но оба противника упрямо гнали ее прочь. Из зала должен выйти только один, и каждый делал ставку только на себя. Мужчина был сильнее, девушка — быстрее и гибче. Почти равные силы. Почти. Но не совсем. алкая, ни на что не способная… сто — тварь.н. н, преодолеть его сложно. ыходу из помещения, прекрасно понимая, что даже Рол
Мы на секунду остановились, переводя дыхание. Поединок длился уже долго, но никто даже не подумал о том, что его можно завершить, признав поражение. Драться до конца. До тех пор, пока один из нас не умрет.
Мы оба уже еле стояли на ногах, хотя Веггот и держался увереннее. Он все-таки оказался сильнее, я недооценила его и переоценила себя… слишком переоценила свои силы… Я вытерла с лица кровь и упрямо подняла уже плохо слушающуюся руку. Только бы выдержать, продержаться до конца, а там будь что будет.
В зале было тихо. Так тихо, что, казалось, был слышен даже стук сердец. Биение жизни, способное остановиться в любую секунду…
Веггот скривился от боли, но все же сделал шаг вперед, большой, с разворотом… Чуть замешкавшись, я поняла, что это конец. Но не его… мой. Запрещенный еще много лет назад прием… резкая боль в животе, куда пришелся мощный удар черным ботинком, окованным сталью… я отлетела назад, прокатившись по полу. Сознание сделало попытку убежать, но я нашла в себе силы открыть глаза. Дурманящий и чуть сладковатый запах крови ударил в нос, но я упрямо сжала зубы. Нет. Не сдаваться. Встала, шатаясь, подобрала выроненный меч. Занесла… Быстрое движение, еще один удар… Затылком я ударилась о каменную плиту, которыми был вымощен пол…
