Мост уже виднелся вдалеке, нужно только передохнуть, и он сможет добежать, пока его не схватили. Во рту пересохло. Повернув голову направо, парень заметил безопасный спуск к реке. Одной рукой придерживая свой небольшой груз, а второй опираясь на землю, он пополз к воде. Предрассветная легкая дымка опустилась на землю и нежно окутала стебли невысокой зелени и мирно плавающие белоснежные кувшинки. Игорь аккуратно положил сверток в мягкую траву рядом с собой и опустился к реке. Он набрал воду в ладони и умыл лицо, липкое от пота и грязи, и после сделал несколько жадных глотков. Облегченный вздох. Мир застыл на несколько мгновений, охлаждая разгоряченное тело. Слабый ветер беспокоил камыш, который возвышался неподалеку, сверчки стрекотали ночную песню, а водное зеркало мерцало в лучах исчезающего лунного света. У него получилось. Он вернется в родную деревню и забудет о ночном кошмаре.
Ласковые холодные руки дотронулись до его лба, даря бодрящую свежесть. На плечи Игоря упали густые шелковистые волосы, и мягкий голос начал тихо напевать знакомую песнь. Сразу же нахлынули воспоминания о теплом доме, объятиях любимой женщины и мягкой постели. Из ниоткуда донесся аромат травяного чая, вперемешку со свежей выпечкой. Сам Игорь ненавидел просыпаться слишком рано, жизнь в городе поколебала его сельские привычки, и ему оставалось только восторгаться героическими подвигами жены, что вставала еще до рассвета и гремела посудой на кухне, готовя к его пробуждению домашний хлеб. Скоро он накопит достаточно, чтобы снять приличную квартиру, его съемная однушка на краю города слишком тесная для них троих. Как долго они мечтали перебраться туда и воспитать ребенка в огнях мегаполиса, дать хорошее образование вместо унылых перспектив сельской жизни. Очарованный сладкой мелодией, он не заметил, как миниатюрные девичьи ладони опустились на его глаза. Резкий запах тины ударил в нос, и пение прекратилось.
– Полынь или петрушка? – весело хихикая, спросила незнакомка.
Осознание пришло не сразу. Вырванный из грез Игорь оцепенел и не мог пошевелиться. За прошедшую ночь он уже несколько раз только чудом избежал смерти, а теперь застигнут врасплох смешным вопросом от водной девы. «Как я мог быть таким беспечным?» – он обвинял себя и жалел о том, что не сдержался и спустился к воде, ведомый глупым, как ему теперь казалось, желанием отпить речной воды.
– Прочь! Уйди! – рявкнул юноша и вцепился пальцами в чужие руки.
Сердце отчаянно трепыхалось в грудной клетке, – он не имел права умереть после всего, через что ему пришлось пройти, и его ждут дома. На спину навалились всем весом, принуждая Игоря упасть лицом в мокрый песок. Не выдержав тяжести, парень повалился наземь. На поясницу давили, а руки болезненно скрутили за спиной, не давая вырваться. Сильная. Чересчур сильная, еще и вцепилась острыми ногтями в кожу, оставляя глубокие царапины. Игорь крутился, изворачивался, как мог, чтобы скинуть с себя незнакомку, но та крепко сидела на нем, обхватив бедрами.
– Будешь моим, – смеялась она и разрывала его белую рубаху тонкой рукой.
Парень почувствовал сморщенные подушечки пальцев на своих ребрах, ими медленно гладили, едва касаясь, а её звонкий хохот не прекращался ни на секунду. Девичий смех с легкостью заглушал крики Игоря. Дымка становилась все гуще и уже скрывала его дергающееся на земле тело.
– Пусти! Отпусти меня, живо! – душераздирающе кричал он в песок, продолжая вырываться.
Напор усилился, теперь уже острые длинные ногти быстро скользили по его бокам, от их щекотных касаний тело рефлекторно передергивало. Он засмеялся. Она засмеялась в ответ ещё пуще. Черты его лица содрогались, а диафрагма сокращалась в такт прикосновениям. Их громкий смех заливал округу. Сквозь какофонию жестокой потехи послышался тонкий плач.
Вплоть до рассвета парень судорожно изгибался от безжалостной щекотки. Уже к рассвету силы покинули его, и он больше не мог сопротивляться. Перед ним на песке бледная рука наскоро начертила знак в виде расколотого черепа. В глазах потемнело, но затем он ощутил легкость, больше ничего не тяготило его разум. Парня крепко схватили за руки и потащили в воду. Река обдала холодом, но не вернула в чувства. Голову юноши придерживали над водой, пока его обмякшее тело медленно уходило под воду.
Он кинул свой последний взгляд на берег, где изящная тень скользила сквозь высокую траву. Неизвестная фигура подняла с земли так оберегаемый им ранее сверток, с любопытством изучая его. Он не мог разглядеть тень, но ему казалось, что она наблюдала за тем, как он тонет. С непонятным ему сочувствием. Парень сомкнул глаза, принимая судьбу. Ледяной поцелуй накрыл его губы, и по щеке скатилась горькая слеза. “Прости меня”, – успел подумать Игорь перед тем, как руки девушки надавили на плечи. Вода заполнила легкие, выпуская пузыри воздуха на гладь реки. Скользкие водоросли обхватили его тело – единственное, что ему удалось почувствовать в последний миг. В лучах проснувшегося солнца поднялась невысокая волна и ударила о берег, смывая жуткий рисунок с песка.
