Они оказались в проулке, где Смитбек и попал в засаду. Рядом с дверью стояла сливочного цвета «импала»-купе шестидесятых годов. Смитбек видел множество таких машин, когда работал полицейским репортером в Майами: транспорт гангстеров, разбитый и потрепанный, но все еще пригодный для езды. Внутри он нашел бумажный мешок с расческой, дешевыми солнцезащитными очками, упаковкой влажных салфеток и сложенной футболкой с логотипом какой-то местной музыкальной группы. Флако выехал на бульвар, потом свернул на север, на Сорок первую, а Смитбек тем временем снял грязную рубашку, натянул на себя футболку и принялся как мог счищать грязь с брюк. Зеркало на пассажирском щитке отражало пугающую картину: окровавленное лицо в брызгах блевотины, с темными спутанными волосами и отросшей щетиной. Со щетиной он ничего поделать не мог, но несколько влажных салфеток отчасти приблизили его лицо к норме. Солнцезащитные очки и искусно зачесанные набок волосы хорошо скрыли синяки. Когда он закончил, машина уже находилась в центре города и быстро приближалась к Келлог-стрит. Смитбек убрал свою рубашку в бумажный пакет, свернул его и бросил на пол, как раз когда они выехали на Келлог. У него не осталось времени подготовиться к тому, что должно было произойти.
Но что должно было произойти? Все его усилия были направлены на этот момент: добраться до центра, уехать подальше от этой дьявольской тюрьмы. Он не знал Форт-Майерс достаточно хорошо, чтобы сочинить что-нибудь получше; ему пришлось импровизировать. Одно было ясно: он не может просто так выскочить из машины и пуститься наутек. Флако пристрелит его без малейших колебаний, а потом, обдирая покрышки, понесется назад в tienda[60] и будет судорожно придумывать удовлетворительное объяснение преждевременной кончины Смитбека. Единственный его шанс — увидеть проходящего мимо копа. Но, как и обычно, когда тебе нужно, ни одного копа поблизости не было, и Смитбек понимал, что его время истекает. Приблизительно в полумиле впереди начинался другой квартал, менее престижный, менее благополучный, где ухоженные здания уступали место домам флоридской бедноты.
— Сбрось скорость, — сказал он Флако.
Черт, нужно что-то делать, и делать быстро.
— Где это, cretino?
— Рядом. Понял? Эти дома мне знакомы. Я узнаю, когда увижу.
Флако сбросил скорость, Смитбек оглядывал окружающие здания, изо всех сил стараясь скрыть растущую панику. По другую сторону улицы, ближе к Флако, небольшие особняки уже уступили место более крупным коммерческим зданиям. Многие дома со стороны Смитбека все еще щеголяли красивой черепицей, но и они стали менее привлекательными, а за их задними дворами начиналось болото, заросшее кустарником.
— Вот он! — закричал Смитбек, скорее от отчаяния, показывая на особенно большое и вычурное здание, к которому они приближались.
Флако проехал немного вперед, развернулся на следующем перекрестке, подъехал к указанному дому и остановился на другой стороне улицы.
Смитбек почти боялся посмотреть на это здание. Ему пришлось выбирать одно из них, и у него не было времени сравнивать относительные достоинства каждого строения. Это походило на игру в русскую рулетку.
Вывеска, слава богу, оказалась симпатичной, из лакированного красного дерева с рельефными буквами. В верхней части вывески красовалась главная надпись: «ФЛАГЛЕР БИЛДИНГ». Ниже ее шли сверху вниз имена и названия: «Джон Крамер, ДДМ». «Лорен Ричард, ДДМ». «Кеннет Спрейг, ДДМ». «Ширли Гупта, ДДХ»[61]. И в самом низу: «ЭНДОДОНТИЯ».
«Господи, — подумал Смитбек. — Чертов офис дантиста». Даже если бы он хотел подобрать худшее место для своей уловки, ему бы это не удалось. Он скорее почувствовал, чем увидел, что Флако смотрит на него.
— «Флаглер билдинг»? — произнес Флако еще более угрожающе и подозрительно, чем обычно.
— Конечно. Ты что, не читал ни одного из периодических изданий Билла? — Смитбеку вдруг стало все равно, что говорить: к черту все это, он сделал, что мог, и новых идей у него не было. — Это его компания, «Флаглер пабликейшнс». Он назвал ее так в честь брата, умершего молодым. Флаглер Джонсон его звали.
— А эти имена? И что там за эндо… эндо…
— Это бизнес-партнеры Билла. Художники. Сам посмотри: Джон Крамер, доктор дизайнерского мастерства. Ты и в самом деле не читал ни одного их графического романа? «Эндодонтия» — это название серии. Все супергерои происходят с планеты Эндодонт.
— А что насчет la película? Кинофильма?
— Он выходит к Рождеству.
Может, стоит выскочить из машины и броситься наутек? Самоубийство посредством Флако.
В высшей точке его отчаяния Флако тронулся с места. На следующем перекрестке он развернулся еще раз, поехал назад и остановился перед «Флаглер билдинг».
Сердце Смитбека забилось быстрее. Флако только что проглотил порцию самого жуткого вранья, какое когда-либо производил Смитбек. И это произошло только потому, что ему стало наплевать и из его голоса исчез страх.
