Антон стреляет взглядом в других попутчиков в карете, останавливает его на Отте. Их экипаж трясет и качает, под колесами то утоптанная земля, то камни. Мост через реку Цзиньцзы существует дольше, чем ведутся летописи их королевства, его построили в первые годы, как только возникло сообщение между севером и югом. Колеса снова подпрыгивают и дальше катятся уже по ровной дороге, они наконец-то достигли провинции Ланькил. Это северная половина Талиня, которой раньше правил Дворец Неба.
– Ты засмотрелся.
Антон медленно протягивает руку. Поддевает пальцем рукав Отты, слегка приподнимает его, показывая пятнышко крови.
– Тебе в самом деле не стоило вступать в бой.
– Опять! – Отта закатывает глаза. – Расслабьтесь, ваше величество. Я не нарушила ничьи приказы или еще что. Ты нуждался в помощи.
– Нет. Я ни в чем не
«
Карета замедляет ход. Не дожидаясь, когда она полностью остановится, Антон вскакивает и распахивает дверцу, вызывая протестующие возгласы у стражников, сопровождающих его. Прохладный ветер ударяет в лицо. Шея Антона раскраснелась под воротником кителя, пот пропитал дорогую ткань.
Завидев его, ближайший Вэйсаньна спрыгивает с коня. Дверца второй кареты открывается, ее пассажиры выносят раненого. С большинством стражников, отражавших нападение, все будет в порядке. Надо только обработать и перевязать царапины и раны.
– Докладывайте, – велит Антон, обращаясь к Вэйсаньна.
– Мы потеряли шестерых.
Пятеро стражников обнаружились мертвыми на месте боя, а шестой истек кровью в пути. Несмотря на нехватку ресурсов в провинции, там, где есть ямынь, должен быть и целитель. Оставалось лишь надеяться на то, что раненый продержится, пока они не достигнут ямыня в центре провинции.
Но он не продержался.
Антон кивает в сторону деревьев.
– Выроем могилы. Несите их туда, подальше от глаз сопровождающих: не хватало еще, чтобы кто-нибудь упал в обморок и разбил голову.
Вэйсаньна кивает и идет отдавать распоряжения. Щит ночной темноты должен обеспечить им преимущество, если они встанут лагерем на открытой местности. Делегация заспорила было, безопасно ли искать наугад какую-нибудь поляну у большой дороги после пересечения границы Ланькила, однако у них большой отряд, так что вряд ли какие-нибудь местные жители сумеют одолеть их в открытом бою. Дворец придал делегации охрану, по численности почти вдвое превосходящую тех, кого требуется охранять. Восемь членов Совета, восемнадцать сопровождающих. И пятьдесят – точнее, теперь уже сорок четыре – стражников, десять из которых заменяют обычную королевскую охрану, неотступно следующую за королем повсюду. Этого должно хватить. Единственный возможный вариант – брошенный город на небольшом расстоянии от границы, город, бывший когда-то столицей Ланькила, причем вероятность обрушения еще довоенной постройки, в которой они остановятся на ночлег, гораздо выше, чем нападения провинциального отряда мятежников на открытой местности.
Антон устало плетется к деревьям. И чувствует, как Отта подкрадывается к нему еще до того, как слышит ее шаги; предостерегающие мурашки пробегают у него сзади по шее прямо перед тем, как она обхватывает его за плечо.
– Я скажу несколько слов, – обещает она, – чтобы упокоить их с миром.
– В этом нет необходимости.
– Есть, еще какая.
У него было семь лет, чтобы упокоить с миром ее саму. Позаботься он об этом заранее, возможно, теперь не остался бы обязанным ей. А может, нашел бы в изгнании какую-нибудь другую цель и вообще не встретился бы с Каллой на играх.
Стража принимается рыть могилы в мягкой земле у деревьев. Заранее заботясь, чтобы их не потревожили ночью, Вэйсаньна обходят периметр лагеря, и Антон видит их продвижение в густых кустах. Тем временем члены Совета продолжают беседу у обочины – должно быть, заметили что-то необычное вдалеке на горизонте, потому что они перешептываются о том, как скучают по Сань-Эру и как досадно видеть, сколько места пропадает зря. Хорошо, что в делегацию не вошел член Совета от Ланькила, иначе его привели бы в ярость предложения, лишенные какой бы то ни было экономической целесообразности.
– Этого вполне хватит, – говорит Антон, заметив, что могилы уже достаточно глубоки.
Стражники уходят за телами. Отта рассеянно оборачивается, наблюдая, как они пробираются сквозь лес. И напевает себе под нос, пока они не скрываются из виду. Потом говорит:
– Ты должен принести их в жертву.
– Что, прости?
Она кивает в сторону могил.
– Ты ведь сумел на арене. Так что должен знать, какой силой это может тебя наделить.
Антон подносит пальцы к вискам. С силой нажимает, заставляя себя думать и вместе с тем заслоняясь от Отты, отгораживаясь от нее ладонями, как щитом, пока не справляется с внезапным и острым желанием сорваться на нее.
– Я не стану этого делать.
