Злейшие пороки полностью

Лучше бы они там внизу ничего не разбили. Илас вздыхает, оборачивается и протягивает руку, чтобы забрать у Чами записку.

– Понятия не имею, что это. И не горю желанием выяснять.

За долю секунды до того, как их пальцы соприкасаются, Чами отдергивает руку и прячет записку за спину.

– Ты, наверное, не помнишь из-за похищения и так далее, – говорит Чами, – но я узнала номер.

Илас замирает. Тем больше причин сразу выбросить бумажку.

– Номер Пещерного Храма?

Чами кивает.

– Когда ты не вернулась домой, я столько раз туда названивала. И, конечно, мне ничем не помогли. Не могли же они признаться, что устроили в подвале склад тел.

– Я сейчас же выброшу ее…

– Постой, постой, – уговаривает Чами. – Илас, ты же разгадала за Матиюя его загадку. Это Сообщества Полумесяца. Они просочились во дворец и теперь уничтожают стражу.

– Ладно, и что? – спрашивает Илас. – Это вообще не мое дело.

– Нет, твое, раз ты уже знаешь о нем. – Чами уже направляется к телефону возле кондиционера. – Однако может стать чьим-то, как только ты сообщишь о нем и представишь доказательства. Я звоню.

– Что?! – вскрикивает Илас. – Они же похитили меня!

Чами выдвигает переполненный ящик, в который они сваливают всякую мелочь.

– Мы звоним, чтобы их поймали, а не для того, чтобы сотрудничать с ними.

Илас складывает руки на груди. Новая пижама, на ее вкус, слишком шелковистая, поэтому жест получается недостаточно внушительным. Рукава скрадывают ее острое недовольство.

– Сообщества Полумесяца постоянно совершают преступления. Когда это собранными против них доказательствами удавалось их остановить?

Чами достает из ящика записывающую видеокамеру. Диктофона у них нет, но камера пишет не только видео, но и звук, поэтому Илас понимает, что Чами хочет записать телефонный разговор. Она ставит камеру возле телефона. Нажимает кнопку «старт».

– Я тебе заранее скажу, что из этого выйдет, – продолжает предостерегать Илас, пока Чами набирает номер. – «Помогите нам связаться с Каллой Толэйми. Нам нужна ее поддержка, пока мы разрушаем города-близнецы до состояния полной анархии. Мы любим ее, потому что любим разрушение».

Чами жмет кнопку, переключая телефон на громкую связь. На звонок отвечают почти сразу, уже после второго гудка.

– Алло?

Чами жестом просит Илас сказать что-нибудь. Илас упрямо молчит.

– Алло? Кто говорит?

– А с кем я имею удовольствие беседовать? – Чами берется за дело сама.

Илас досадливо топает ногой, но на самом деле ей всегда нравятся порывы Чами. Она настолько увереннее в себе и буквально блещет везде, где Илас тушуется и норовит ускользнуть.

– Вы же мне звоните, значит, вам и объясняться первой.

– А вот и нет, вы первая дали моей подруге этот номер на визитке, так что я хотела бы узнать, с кем говорю.

Чами одаряет Илас сверкающей улыбкой, явно наслаждаясь.

– О-о! – Тон ее собеседницы на другом конце провода разом меняется. – С этого и надо было начинать! Я Биби.

У Биби заметный акцент. Во дворце Илас или не вслушивалась, или Биби старалась скрывать непривычный выговор. В Сань-Эре редко можно услышать иную манеру говорить, и Илас замечает различие лишь потому, что время от времени дворец нанимает в слуги кого-нибудь из легальных мигрантов. Большинство таких слуг сохраняют свой акцент не дольше года, а потом его насильственно вытесняет типичный для городов-близнецов говор.

– Биби, чем мы можем помочь вам? – Чами подносит бумажку с номером к свету, снова разглядывая ее.

– Не буду отнимать у вас время. Я хотела бы, чтобы вы помогли мне связаться с принцессой. Я знаю, что обе вы раньше были ее фрейлинами.

Илас сосредоточенными жестами показывает: «Я же говорила!» Чами кидает бумажкой в Илас и нарочно промахивается.

– А с какой стати… – Чами придвигает камеру ближе к телефону, чтобы разговор уж точно записался, – …нам это делать?

– Захват Сань-Эра Сообществами Полумесяца неизбежен и уже близок. При содействии Каллы все пройдет гораздо более гладко. Города-близнецы подчинятся законной наследнице престола.

Илас воздевает руки к потолку. Должно быть, она телепатка хренова, если с такой точностью предсказала этот разговор. Сообщества Полумесяца знают, что Сань-Эр вряд ли легко смирится с их господством – ведь они как-никак маргиналы, вдобавок известные своими экстремистскими выходками и похищениями мирных граждан. Сообщества Полумесяца желают перемен, и, возможно, кое-кто среди них мыслит разумно и здраво, однако слишком уж долго они действовали как воротилы черного рынка. Даже если они успешно захватят дворец, им еще придется иметь дело с недовольством и презрением народа. Десятилетиями Талинь учили принимать волю небес, чтить аристократов, возвысившихся благодаря своему происхождению, признавать право знати править массами. Годами Сань-Эр наставлял своих детей возвращаться домой до наступления темноты, ведь в переулках шныряют «полумесяцы». Такое легко не забывается.