Метнув взгляд в сторону, Калла видит неподалеку и дворцовую стражу, сдерживающую переселенцев из провинций, лагерь которых разбит под стеной. Привлеченные шумом и суматохой, многие выбрались из своих укрытий посмотреть, что происходит. Калла понимает: все они видят, что у нее на голове. Даже находясь за стеной, вдали от выпусков новостей и медленно загружающихся страниц в сети, эти люди наверняка слышали о божественной короне и делегации, отправленной на ее поиски. Граждане Талиня знают, что за трон королевства ведется борьба.
Калла должна выйти из этой схватки победительницей. Иначе Август уничтожит всех переселенцев из этого лагеря на месте, чтобы избавиться от свидетелей, скрыть факт, что Калла способна носить корону, и избежать небесной кары.
– Предлагаю тебе отойти в сторону, – говорит Калла.
Отчаянная погоня завершилась. Стражники, которые преследовали их от самой сторожевой базы, настороженно встают полукругом, преграждая им с Антоном путь к бегству.
– Не могу. Вы двое представляете угрозу для Сань-Эра.
Антон порывается спрыгнуть с седла. Калла быстро сжимает ему руку, не давая сделать это. Пока они находятся на одной высоте со стражниками позади них, их вряд ли получится застать врасплох быстрым взмахом меча. До обнаружения короны Август предпочел бы сохранить Калле жизнь, чтобы Сообщества Полумесяца не превозносили ее как мученицу. Но в нынешних обстоятельствах Калла не удивилась бы, если бы Август попытался снести ей голову прямо здесь и сейчас, если это поможет ему вернуть корону.
– Мы – угрозу? – кричит в ответ Антон. – Калла была избрана небесами. Если она угроза, значит, так угодно богам, а ты – не кто иной, как самозванец. Ни королевской крови, ни одобрения небес.
Август мрачнеет. Толпа зрителей разрастается.
– Не усложняйте ситуацию.
Антон побуждает лошадь двинуться вперед. Она делает шаг. И сразу же все Вэйсаньна, заслоняющие Августа, принимают боевую стойку, а Калла тянется к поводьям. Она не станет драться сразу со всеми. Это слишком рискованно, особенно для Антона. Один неосторожный взмах клинком – и бренное тело рухнет замертво.
– Ты снимешь корону, – распоряжается Август. – И вернешь ее мне.
– Нет, – говорит Калла. – Ты подвел свое королевство, Август.
Август фыркает. Он совершенно искренне, без всякого притворства потрясен обвинениями Каллы. Всю свою жизнь Август Шэньчжи дотошно выяснял, чем так плох Каса и что сам он сделает иначе. Ему доподлинно известно, что отличает его от приемного отца.
– Ты видишь меня в роскошных одеждах? – спрашивает Август. – Или закатывающим пиры, пока народ голодает?
Калле почти жаль его.
– Даже если ты не алчный король, – отвечает она, – ты все равно остаешься жадным.
Когда они с Августом были еще почти детьми, на первые впечатления Каллы о нем повлияла история с разбитой вазой. Слуга разбил ее, король Каса увидел, что ваза разбита, и Август взял вину на себя. Гнев короля угас, Август как ни в чем не бывало вытер кровь с руки. В тот день никого не наказали. Слугу ни в чем не обвинили. Как достойно повел себя Август, часто думала она. Неважно, что осколки могли просто замести после того, как слуга взял бы вину на себя. Неважно, что это король Каса был не прав, а не Август прав. Калла высоко оценила его добрый поступок, однако он выстроил мир, где единственно возможным стал выбор между ним и Каса, и, конечно, она выбрала Августа.
– И что это должно означать? – спокойно спрашивает Август.
Что если есть два тирана, Калла вполне может стать третьим.
– Корона выбрала меня. Я законная наследница Дворца Неба и Сань-Эра.
Антон внезапно побуждает лошадь сделать еще шаг вперед, и половина Вэйсаньна вздрагивает. Они сомневаются, стоит ли им следовать приказу атаковать.
– Я заявляю о своих правах на королевство Талинь, – во весь голос кричит Калла. – Каждая провинция присягнет мне на верность, а потом я объявлю их свободными от трона. Сдавайся немедленно. У тебя нет выбора.
Зрители разражаются криками. Ликуют. Славят.
– Ты не сможешь. – Август вскидывает подбородок. – Ты этого не сделаешь.
– Кузен, тебе следовало знать меня лучше.
Корона пульсирует у нее на голове. Твердит ей:
В толпе зрителей визжат. Калла слышит эти звуки словно издалека. Но большинство хранит молчание. Большинство просто смотрит во все глаза и ждет.
Август стоит в окружении окровавленных тел. Смотрит себе под ноги. Даже в такой позе он выглядит особой королевской крови, низвергнутой с пьедестала силой.