Видимо, Фитцу пришла в голову та же мысль, и они повернулись к возможно фальшивому озеру. Вода в нём казалась какой-то густой зелёной жижей, словно сопли. Но чего только не сделаешь ради Силвени…
– Ладно, была не была, – решила она и шагнула в воду, готовая плюхнуться в болото, но…
Под слоем воды примерно по щиколотку оказалась твёрдая опора.
Ещё шаг – то же самое. И ещё.
– С ума сойти, – заметил Фитц.
– Да уж… приходится всё время себе напоминать, что не иду по мерзкому болоту.
По крайней мере, она на это надеялась. Она так и не поняла, откуда бралась вода, но тут хотя бы было неглубоко. А через несколько шагов она заметила вокруг мерцание и словно прошла сквозь какую-то пелену. И вдруг грязное болото обернулось сверкающим озерцом, посреди которого появилось исполинское дерево. Подойдя поближе, она заметила в стволе округлое дупло, откуда под землю вёл тоннель, петляющий среди вековых корней.
– Кажется, нашла! – крикнула она. – Обычно с деревьями дружат гномы, но…
– Прочность леса привлекает не только гномов, – раздался прямо над ухом голос Тарины, и Софи от неожиданности чуть не споткнулась.
Фитц поддержал её за плечи.
– Извини. Когда ты исчезла, мы сразу двинулись за тобой, я думал, ты нас заметишь… Ну и слышимость тут!
Точно.
Голоса словно вязли в воздухе, наверное, так и было задумано для маскировки улья.
– Нужно спешить, – поторопила их Тарина, направляясь к тропе. – Обычно переносные капсулы хранятся в дальнем конце улья, так что нам ещё шагать да шагать.
Кто бы сомневался.
Ведь даже если на кону чья-то жизнь, ничего не даётся легко и быстро.
– Какие-нибудь указания перед спуском будут? – спросил Фитц.
– Ничего не трогайте, – предупредила Тарина.
Ну хоть это оказалось легко.
Улей был сооружен из вязкой, липкой грязи, поросшей вонючими светящимися грибами, озаряющими огромную пещеру слабым голубовато-зелёным сиянием. Вдоль стен тянулись плотные ряды ячеек вроде пчелиных сот, запечатанных скользкими мембранами. А внутри…
Прямо как в научно-фантастическом фильме.
Зародыши троллей плавали в каком-то зелёном студне, похожем на гель из алоэ, которым человеческие родители лечили её от солнечных ожогов, только наполненном мелкими пузырьками, мягко светящимися белым. И даже в скрюченном виде детёныши с выпирающими мускулами и просвечивающими сквозь кожу тёмными венами были гораздо крупнее Тарины.
Одни шевелились, упираясь в стенки ячеек, отчего сквозь мембраны на пол начинала сочиться какая-то белёсая жидкость. Другие лежали с открытыми глазами, уставясь в пустоту… а может, замечая всё вокруг. Выяснять, что там на самом деле, Софи не собиралась. Просто ей казалось, что эти чудовища в любой момент готовы вырваться на свободу, но, к счастью, для малышей Силвени уже готовился отдельный улей.
– Мне показалось, или тут и правда задохнуться можно? – поинтересовался Фитц, оттягивая ворот рубашки и обмахиваясь.
– Зародышам нужно тепло, – объяснила Тарина. – Питательная среда подогрета выше шестидесяти градусов, так что нежным эльфам здесь может не поздоровиться.
– А для аликорнов будет не слишком горячо? – спросила Софи.
– Наверное, придётся подрегулировать температуру. Обычно она приближена к температуре материнского организма, поэтому надо померить её у Силвени. Ну вот и пришли.
Она показала на ряд полок у стены, заполненных капсулами, похожими на стеклянные ракушки, размером с большой мяч.
– А малыши в них поместятся? – забеспокоилась Софи, пытаясь представить размер новорождённых.
– Капсулы могут растягиваться. Только придётся ещё придумать, как их расположить. Тут куда ни глянь – сплошные головоломки… ну да ничего, как-нибудь справимся.
И Тарина вручила Софи и Фитцу по капсуле, а сама наполнила сумку металлическими фляжками с другой полки.
– Ты как? – спросил Фитц, глядя, как Софи пытается половчее перехватить капсулу. – Как рука? Сама удержишь?
– Да. Даже легче, чем я ожидала, – сказала Софи, размышляя, из чего эта штука сделана. – А ты… Как нога?
– Всё нормально.
Хорошо, коли так, а то добираться ещё далеко. В тот момент им было ближе до выхода из улья в мир троллей, чем до особняка Люции, но пока они выбрались на солнечный свет и оглядели другой мир, прошло несколько бесконечных минут.
Софи успела заметить лишь пару отвесных скал, соединённых паутиной причудливых перемычек, и тут Фитц взмыл ввысь, таща всех за собой, а потом Софи погрузила их в пустоту.
– Наконец-то! – воскликнула Стина, глядя, как они кувыркаются среди поросших травой дюн, и прямо на ходу помогла подняться на ноги. – Уж не знаю, где вы пропадали и что затеяли, так что рассказывайте скорее. У первого малыша уже головка прорезалась.
В тот день Софи узнала о рождении потомства больше, чем хотелось.
Например, «прорезывание головки» означало, что у одного из малышей показалась голова, о чём на самом деле лучше бы забыть.
