Айзек извлёк из раздатчика два блюдца. На одном располагался кусок масла. Киллиану однажды довелось попробовать этот деликатесный продукт в офицерской столовой. Переработанное молоко диковинных рогатых тварей, зовущихся коровами, не вызвало у юноши восторгов. Старший по кухне, невыносимо — веснушчатый Стив Ларгенд, снисходительно разрешил Сивару и прибывшим вместе с ним для помощи этой конопатой шпалине Хойту и Граллету отведать неведомое "лакомство".
— Ешьте, задохлики, пока я добрый, — вещал Стив, положив перед юношами ложки. Его голубые глаза, над которыми были едва заметны белые, почти прозрачные ресницы, азартно блестели, пока троица нерешительно примерялась к огромному блоку сливочного цвета. Конопатый ещё долго хохотал, когда Сивар сотоварищи кривились, хватанув масло столовой ложкой. Маслянистая белая масса в чистом виде уж никак не годилась на роль деликатеса.
Айзек продемонстрировал Киллиану истинное предназначение белой субстанции. На споро менявшем свои функции столе проявилось круглое чёрное пятно, постепенно начавшее краснеть.
— Люди забыли всю прелесть приготовления пищи. Синтезаторы заменили поваров. Белесая питательная жижа стала нормальной, сбалансированной едой, да и питьем в придачу. Таинство, когда нож кулинара творит магию, пропало. Все второпях. Все быстро и эффективно… — Айзек бросил кусок масла в железную посудину, удобно расположившуюся на раскалившемся участке стола. Масло тут же зашкворчало. — Мы и во времена Выживания мыслили этими критериями: быстро, эффективно, надежно. Мы видели врага в каждом, кто был не таким как мы. Видели предателя в любом, у кого было не по две пары рук, ног и глаз. Но и во времена, когда человечество могло благополучно сгинуть, эта формула не всегда работала.
Масло начало таять, превращаясь в золотистую жидкость. Легкий, почти незаметный дымок донес до Киллиана приятный, мягкий запах, порожденный кипением белой субстанции.
— Тоциус — планета — тайна, ящик Пандоры, мир непознанного. Одинокий, ничем не примечательный спутник газового гиганта в системе Эпсилон Индейца. Человечество тогда искало разум в системах со звёздами похожего на Солнце класса, а нашло загадку. Тоциус не следовал известным человечеству физическим законам. Планета меняла траекторию полета и положение оси в зависимости от своих собственных, ей только ведомых нужд. Тоциус общался. Он посылал сигналы, содержащие эксабайты информации. Лучшие учёные пытались понять разговор зеленого океана, покрывавшего поверхность планеты. Это была неведомая, непонятная и от того пугающая жизнь. Люди не смогли понять ее голос. Не смогли распознать, что это были не просто послания. Это были посланники. И когда люди, поглощенные кровавым куражом Возмездия, выжгли зеленый океан дотла, его посланники напомнили о себе. Они отомстили за свой дом. Про нантосов ты уже наслышан.
Айзек положил два куска мяса на металлическую поверхность, на которой бурлило масло. Оно тут же зашипело. Следом за мясом в объятия золотистой жидкости последовало содержимое второй чаши. Белые гранулы соли, перемешанные с размолотыми частицами чего — то душистого, дополняли две зелёные ветви. Небольшие отростки с продолговатыми листочками окунулись в кипящую жидкость. Терпкий, пряный запах растений вплелся в аромат мяса и масла, создав симбиоз, заставивший слюну Киллиана начать активно выделяться.
— Но гибель Тоциуса, а вместе с ним и немалой части человеческого флота, который атаковали нантосы, заставила — таки людей задуматься. Нет, я говорю не про закрытые сферы и паническую боязнь кибера. У родины нантосов есть собрат. Сородич Тоциуса по чуждости человечеству. Молчаливый или даже немой брат — Кродха. Ее бирюзово — черный покров так же, как и океан Тоциуса, повелевает планетой. Меняет ее кажущийся незыблемым маршрут. Меняет облик. Крохотные архипелаги уходят в чрево океана, а новые вырастают на пустом месте. Да там даже состав атмосферы меняется — от полного отсутствия кислорода в момент гибели Тоциуса, и до насыщения воздуха всеми привычными для человека элементами в настоящее время. Руководство флота не стало уничтожать молчаливый разум планеты. Мой друг смог наладить диалог с хозяином Кродхи.
Куски мяса были перевёрнуты подрумянившейся стороной вверх. Райберг наклонил блюдо, принявшись поливать мясо собравшимся в одной стороне железной чаши маслом. Через пару минут настала очередь ещё двух кусков, которые заняли свое место на железном блюде под возглас Айзека:
— Марш на сковороду.
Процедура, уже проделанная Эпосом с двумя, как он выразился, «стейками», повторялась. Айзек продолжал вершить свое кулинарное представление.
— Мир — тихоня показал моему другу, вернувшемуся вместе со мной и Джудом из той треклятой экспедиции, свои возможности. Ты их даже видел.
Киллиан молчал, не в силах сконцентрировать свое внимание на разговоре. Дымящиеся, исходящие соком куски мяса приковали к себе все его внимание. Айзек перевернул их в последний раз, продолжив поливать маслом:
