То, что говорила Фидель, было правдой, и поэтому, несомненно, было лишь вопросом времени, когда Аквилус услышит те же слухи и встретится с Натаиром.
Правда выйдет наружу.
Это была не та конфронтация, свидетелем которой он хотел бы стать. Натаир сказал, что собирается рассказать Аквилусу, поговорить с ним о Вин Талуне и его пользе. Он просто ждал подходящего момента. Верадис надеялась, что это произойдет до того, как Аквилус получит известие из другого источника.
И потом, завтра был День середины зимы. Неужели солнце действительно почернеет?
Он никогда не сомневался в Натаире, и это включало в себя предсказание завтрашних событий. И конечно, он видел, как Калидус преобразился, хотя воспоминание об этом было каким-то далеким, невещественным, словно угасающий сон. И завтрашний день был так важен, так важен для всего, что произошло со времени совета Аквила, как будто все вело к этому единственному моменту. Этот момент ознаменует начало – чего? Нового века, как его называли. До них дошли слухи, что по всем Изгнанным землям собираются короли и королевы. Но что, если солнце не станет черным?
Он слышал рассказы о подобных предзнаменованиях. Кроваво-красная звезда в небе, упавшая на Землю, предположительно предвещала бичевание Элиона, когда мир был другим местом, даже другой формы, но это была всего лишь сказка. Более тысячи лет изгнанники жили в изгнанных землях, не ведая ни о войнах между Элионом и Азротом, ни о каких-либо неестественных знаках на небе.
Он вздохнул и положил голову на шею своего серого друга. ‘Что принесет нам завтрашний день?- пробормотал он. Он встряхнулся и принялся вытаскивать узлы из гривы лошади.
Что будет, то будет, думал он. Одно я знаю точно: что бы ни случилось, я человек принца. Я последую его примеру.
Солнце поднялось в ясное небо в День середины зимы, резкий ветер дул с гор,земля замерзла, как железо. Была середина утра, когда Верадис стоял в коридоре перед комнатой Натаира. Он подождал немного, потом расправил плечи и постучал в дверь.
Натаир быстро ответил. Плечи его покрывал соболиный плащ, Белый орел Тенебраля ярко выделялся на черном полированном нагруднике. Короткий меч висел у него на поясе.
- Готов?- сказал принц, улыбаясь Верадису.
‘Да.’
- Много ли собралось?’
- Некоторые, хотя твой отец еще не покинул замок.’
‘Хорошо. - Тогда пошли, - сказал Натаир, шагая по коридору.
Они нашли Аквила и Фидель в пиршественном зале, вокруг них собралась небольшая толпа. Перитус был там, как и Арматус, мастер оружия. Хотя Верадис недавно победил его, седой воин все еще был первым мечом короля Аквила.
Король Карнутана Мандрос беседовал с Аквилом, и на его лице застыло кислое выражение. Он приехал вчера поздно и все еще выглядел усталым после долгого путешествия, под глазами у него темнели круги. Весть об их первой встрече распространилась по крепости, Мандрос почти обвинил Аквила в том, что тот напустил Вин Талунов на его владения. Верадис подозрительно посмотрел на него. Ему не нравилась мысль о врагах, допущенных так близко к Натаиру и Аквилусу. Его взгляд задержался на мече Мандроса.
Рядом с Фидель стояла высокая фигура. Мейкал вернулся.
Королевский советник отсутствовал с тех пор, как они уехали в Тарбеш. Это было необычно для советника-отсутствовать так долго, но это был выбор Аквила-посылать его на такие длительные поиски. Когда Верадис упомянула об этом Натаиру, он только ответил, что его отец был сильным духом и не принимал никаких советов. Впрочем, было вполне уместно, что высокий человек сегодня здесь. В конце концов, именно он нашел книгу, которая привела их всех к этой точке.
Мейкал наклонился вперед и что-то прошептал Аквилусу, когда Натаир и Верадис приблизились. Король резко обернулся, не сводя глаз с сына.
- Отец, - сказал Натаир, склонив голову. - Наконец-то настал долгожданный день.’
‘Да, - коротко ответил Аквил. - Пойдем, поищем место на стене, чтобы лучше видеть.’
Они гуськом вышли из крепости, сопровождаемые воинами, ожидавшими их снаружи, и направились к зубчатым стенам, окружавшим крепость, поднимаясь по широким, сделанным великанами ступеням, чтобы взглянуть на равнину и озеро.
Десятки людей стояли на берегу озера, а стены и улицы Джеролина были переполнены, все смотрели вверх.
Солнце стояло уже высоко, ярко освещая бледно-голубое небо. Все выглядело нормально.
Верадис сглотнул, во рту у него пересохло. Он огляделся и увидел конюха Валина, стоявшего чуть дальше по стене и тоже смотревшего в небо. Он почесал в затылке, пытаясь подавить зевок, оглядывая толпу и останавливая взгляд на Мейкале. Он был почти на голову выше всех остальных в толпе, шрамы на его лице серебрились при дневном свете. В отличие от большинства, он не смотрел на солнце. Он оглядел толпу, изучая, оценивая все, каждого, и в конце концов его взгляд остановился на Верадисе. Заметив, что воин наблюдает за ним, он ответил ему тем же взглядом, выражение его лица было непроницаемым. Верадис подумал о словах Натаира, о той роли, которую Мейкал сыграл в планах Аквила.
Темноволосый мужчина отвел взгляд и посмотрел вверх.
