– Потому что мы не близки, Кристиан, – произношу то, что необходимо было произнести; затем поднимаю взгляд и стараюсь держать лицо, глядя в темнеющие глаза молодого человека напротив меня, – я тебя уже спрашивала – что ты обо мне знаешь? И ты тактично умолчал, что
Хуже прощания я даже придумать не могла.
Что я вообще ему наговорила? И почему не смогла быть такой же впечатляюще-сдержанной, как при прощании с Рафаэлем? Как же это бесит!
И, кажется, не одну меня это взбесило не на шутку, потому что тело моё вдруг резко останавливается, перехваченное за талию, а перед лицом появляется вытянутая в сторону Нехи рука с мечом…
– Кем бы вы ни были, не советую влезать в наши разговоры, – предупреждает мою бывшую кухарку Кристиан и склоняет голову к моей, шепнув на ухо, – не думай, что ты уйдёшь от меня так просто.
– Что, решил в заложницы взять? – нервно усмехаюсь, не зная, как ещё на это реагировать.
Что вообще происходит?!
– Вайолет?.. – взволнованный голос отца, выбирающегося из экипажа, хорошо демонстрирует – такой выходки от Кристиана не ждал никто!
– Ты сказала быть честным с собой… – отвечает Дэльрей, щекой прижавшись к моему виску и губами касаясь раковинки уха, отчего меня моментально бросает в дрожь. – Я не хочу выпускать тебя из своих рук. Честно! Как будешь проблему решать?..
– Я ведь не нужна тебе! – упорно повторяю, пытаясь вдолбить это утверждение в нас обоих, и стараясь не чувствовать того жара, что исходил из его тела…
Жара то ли от злобы, то ли ещё от чего… похуже…
– И кто тебе это сказал? От тебя
– Я вообще ничего не умею! И у меня нет никаких способностей, которые бы помогли тебе реализовать свой план по уничтожению секты! – начинаю цедить сквозь зубы, испытывая раздражение на саму себя от нашей близости: ну, почему он говорит так двусмысленно, продолжая агрессивно набивать моё опустевшее сердце надеждой?!
– А что, если меня устроит твоя способность радовать меня своим личиком по утрам? – неожиданно уточняет Кристиан, а затем склоняет голову и шепчет напряженным голосом, – Я разве не говорил тебе? Если я поставлю перед собой цель, то жизнь положу, чтобы её достичь.
Он что, издевается?!?! Как о таком вообще можно вслух говорить незамужней девушке, да ещё при её отце! Это он так шутки шутит?!
– Ты ведь желал уничтожения секты! – взволнованно восклицаю и пытаюсь высвободиться, не в силах бороться со своими реакциями на него.
– Какой смысл жить одним разрушением? Я думаю о будущем – после уничтожения секты у меня будет вся жизнь в распоряжении…
Перестаю вырываться, впервые
– Ты… ты что, серьёзно хочешь видеть меня по утрам? – спрашиваю, озадаченная.
– Не только по утрам. Но об этом не говорят на людях, – отзывается Кристиан, вновь касаясь губами моего уха, но так и не опуская меча, направленного на Неху.
Словно он ощущал от неё опасность. Словно знал, что из нас троих именно она станет для него самым сложным противником.
– У меня куча секретов. И я не планирую ими делиться с тобой! Что будешь делать?! – от какой-то дикой безысходности восклицаю.
– Я дознаватель, и всё равно узнаю, что ты там скрываешь. Не проще ли сразу делиться всем, чтобы избежать кризиса? – фыркает Кристиан, продолжая отступать от нашей бывшей кухарки и продолжая вводить меня в ступор своим поведением.
Так он взял меня в заложницы, чтобы я не сбежала от него?
В смысле… не как преступница, а как… девушка?
– А если то, что ты узнаешь, испугает тебя? – совсем тихо спрашиваю.
– Ты меня с кем-то спутала, наверное, – чуть прохладнее отзывается Дэльрей.
– Хорошо! А если ты не захочешь с этим жить?!
– Если ты не коллекционируешь черепа убитых людей или домашних животных, то проблем у нас возникнуть не должно. Я позже напишу список всего мною невыносимого, а пока… – криво усмехнувшись, произносит Кристиан.