Я тихо зарычала, обрадовавшись, что музыканты произвели на свет новые аккорды, приглашая желающих на следующий прыгающий танец. Как там его? Ах, да! Контрданс. Один из многих его вариантов.
Белтон, наконец, соизволил убрать ручищи от моей талии и отвел меня, поставив в ряд с другими девицами. А сам занял место напротив, среди мужчин, при этом глядя на меня так, что я всего на миг поддалась панике и захотела убежать, взяв руки в ноги.
Вот музыка заиграла. Подпрыгивая, аки козлики, мужчины приблизились к женщинам. Последовал поклон, ответный реверанс, и наши руки соединились. Немного покружившись, мы разошлись и встали на свои места. Затем все повторилось.
Следовало признать, как для козлика, Белтон прыгал вполне изящно, и все же, если бы не память Фанни, оставшаяся в моем теле и твердившая мне, что все идет как надо, я бы не удержалась от смеха.
— Вы улыбаетесь, — произнес Теодор, когда мы важно поплыли под вскинутыми руками остальных танцоров, создавших арочный коридор. – Опасный призрак.
— Мы еще не женаты, а вы уже боитесь меня? – парировала я. – Вот это точно опасный признак. Но у вас есть возможность все изменить и отказаться.
— От вас? – он наигранно приподнял брови и тут отпустил мои руки, следуя за фигурой танца.
Я стояла, хлопая в ладони, пока мой дракон кружил в танце другую даму. Наблюдая за ним, отчего-то предвкушала нашу пикировку, когда вдруг поняла, что не имею права на подобные ощущения.
Этак он мне может понравиться. А это допустить нельзя. Иначе, кто знает, вдруг я пойду по стопам книжной героини и начну строить козни, когда, наконец, появится истинная любовь дракона!
Выдохнув, мысленно дала себе пощечину, чтобы вернуться в реальность. А тут и Тео прискакал. Ой, то есть, подошел и взял меня за руку. Мы начали кружиться. Я смотрела неотрывно в глаза своего жениха, а он смотрел в мои и снова улыбался. Кстати, делая это чертовски привлекательно.
— Перестаньте улыбаться, — попросила у дракона.
— Вас это раздражает? – уточнил он. – Тогда я буду улыбаться чаще.
— Ха! – проговорила я, понимая, что не нахожу подходящих слов, чтобы дать достойный ответ.
— Возможно, вы будете так любезны, что сообщите мне, кто рассказал вам о тайнике? – шепнул Тео.
— Как-то вы очень резко сменили тему, — ответила я.
— Не вынуждайте меня действовать силой, — не переставая улыбаться, произнес мой мучитель. – Я все равно узнаю.
Вот и все, подумала я. Симпатия, которая было всколыхнулась во мне к Белтону, сошла на нет.
Ну и ладно. Ну и отлично! Недолго я была очарована драконом.
— Я не могу, — ответила честно, когда мы с Теодором снова пересеклись во время очередной фигуры танца.
Он подпрыгнул на месте. Затем взял меня за руку, опустился на одно колено, а я, почти плавно, обошла вокруг его тушки.
— Все вы можете, леди Фанни. И лучше, если я узнаю правду от вас, — сказал Тео, поднимаясь на ноги.
А что, если сказать, подумала я.
Вдруг поверит, а? Вот рискну! Признаюсь, что так мол, и так. Попала я в ваш мир прямиком через книгу, одним богам известно, как это произошло. И именно в книге прочла о тайнике! И нет у меня никаких сообщников. И что вернутся хочу домой. Очень хочу!
Я даже смогла представить себе, как вытягивается лицо Теодора и как он потом начинает смеяться надо мной.
Нет, поняла я. Белтон мне не поверит, хотя это и есть правда. Правдивее не бывает!
Мы снова сошлись в танце. Вновь прошли через арку вскинутых рук, когда музыканты, хвала всем богам, издали последние аккорды танца и все закончилось.
Белтон предложил мне свою руку и повел возвращать родителям.
— У вас есть время до конца этого приема рассказать правду, — шепнул он мне, прежде чем вернуть, так сказать, с рук на руки чете Тилни.
Я ничего не ответила женишку, затем присела в книксене, благодаря за танцы, и еще долго сверлила спину дракона взглядом, пока он удалялся прочь, к моему облегчению и к огорчению леди Гарриет.
Из всех танцев, последовавших после фееричного контрданса с драконом, я могла выделить лишь вальс с его кузеном – мистером Уиндемом. Наверное, только в паре с Габриэлем я за весь вечер почувствовала себя относительно спокойной. Мои предыдущие партнеры, после объявления Белтоном о помолвке, были исключительно любезны и удивительно молчаливы. Отчего у меня в итоге создалось ощущение, будто они стремились как можно быстрее станцевать и отойти от греха подальше, то есть, от чужой невесты. И уж тем более, от невесты Теодора Джеймса Белтона.
Сам драконище почти не танцевал. Он выделил лишь нескольких девиц, сплясав с ними очередные деревенские танцы, столь популярные в книжном обществе, так похожем повадками на романтичную эпоху регентства. А все остальное Белтон время или беседовал со знакомыми, или стоял у облюбованной колонны в противоположной стороне зала, и наблюдал за мной.
Наверное, именно данный факт в итоге отвадил от меня последних воздыхателей. И просто тех, с кем можно было бы приятно провести время.