В тишину вплетается очень далекий напев флейты, но он меня не будит, наоборот, сон становится еще глубже, еще слаще, а в мелодии я угадываю колыбельную. Флейта то ближе, то дальше, я словно качаюсь на музыкальных волнах, пока мелодия вдруг не обрывается. Именно воцарившаяся тишина заставляет меня открыть глаза.
Звездное небо — первое, что я вижу.
Воздух свеж, ночь прохладная, если не сказать холодная. Но мне не холодно, и я не сразу понимаю, в чем дело. Почему я вдруг укрыта не просто тонким одеялом, которое достала сама, но и тяжелым плащом?
Кто мог обо мне позаботиться? Неужели Шаоян? Я скорее поверю, что приходила смелая крестьянка в поисках работы. Вечером, например — когда я уже заснула, но еще не стемнело. Как-то неправдоподобно, но…
Раздается сухой треск, словно кто-то наступил на глиняный черепок и он под стопой распадается на несколько.
Все же меня разбудили звуки, а не тишина, воцарившаяся в моем сне?
Что происходит и сколько времени? Лучшее время для нападения — самый темный час перед рассветом, когда сон особенно крепок, не так ли? Я прислушиваюсь к своим ощущениям. Благодаря тому, что я легла на закате, прошло достаточно времени, я выспалась.
Плащ тяжелый, и я осторожно выпутываюсь.
Благодаря ци слух заклинателей острее, чем у простых людей. Хотя у меня нет привычки поддерживать чувства обостренными постоянно, умение есть. Я сливаюсь с разлитой в окружающем пространстве энергией и мысленно тянусь вперед.
Фигура, закутанная в черное с ног до головы, забирается в проем.
Почему я не удивлена?
Раз, два… шесть фигур.
Я не спешу встречать их — кто знает, на что они способны? То, что было в лесу, не должно повториться здесь. В лесу я почти погибла, участвуя в схватке. Но тогда я сражалась за людей своего поместья. А сейчас мне за кого сражаться? За демона? Смешно.
Ничего не происходит. Шесть фигур вошли на передний двор и двигаются по направлению к внутреннему.
— Шаоян? — тихо спрашиваю я. Мужчины меня не услышат, а демон… где он?
Меня как холодной водой обливают.
Почему он позволяет им свободно войти в мой дом? Либо я была слишком самонадеянна, рассчитывая, что печати и приказов достаточно, либо же Шаоян выжидает. Я же сама распорядилась не быть чрезмерно жестоким.
— Этот старик хочет справедливости, — внезапно раздается у меня над ухом.
Я теряю концентрацию.
— Что?
Рядом со мной… призрак. Морщинистый, сгорбленный, он выглядит даже не старым, а ветхим, но вместе с тем в нем чувствуется жесткая воля. Рот упрямо сжат, в глазах горит злость. Он поднимает полупрозрачную руку и дергает за хвост петли, обнимающей тощую шею. Выглядит жалко, и в то же время старик кажется побежденным, но несломленным.
Если честно, сейчас мне не до него.
— Я тебя услышала. Где Шаоян? — Я не рассчитываю на ответ призрака. То, что старик говорит о справедливости, совсем не означает, что он способен понимать меня и отвечать.
Вполне возможно, вместо ответа он попытается причинить мне вред — я готова закрыться щитом.
К счастью, старик, продолжая бессмысленно повторять одно и то же, уходит в сторону кухни.
Пока я отвлекалась, черные фигуры выходят во внутренний двор.
Мне следовало спрятаться или притвориться спящей, но уже слишком поздно, поэтому я спокойно спрыгиваю с сундука и поворачиваюсь в направлении незваных гостей. Я их не вижу, но чувствую, как они резко останавливаются рядом со стенами павильона.
Будут ли они достаточно любезны, чтобы уйти?
Я чуть повышаю голос:
— Кто здесь?
Молчание.
Кажется, пришли воры, а не убийцы? Если мой вопрос заставит их уйти…
Я открываю ладонь и закручиваю поток ци — создаю светящийся шар. Его тусклого сияния хватает, чтобы разогнать мрак, и силуэты отчетливо проступают на фоне стены. Их медлительность… Почему они не убегают? Если они просто воры, они должны скрыться.
— Командир? — спрашивает один из них.
— Действуем.
Плохо, очень плохо.
Фигуры расходятся веером с явным намерением меня окружить. Да, они занимают удобные позиции — куда им спешить? Мысль отступить к стене я отбрасываю — топтание по двору в конечном счете мне ничего не даст.
Я сжимаю кулак, шар света гаснет — мне не нужно видеть фигуры, достаточно чувствовать их передвижение. Кто из них самый опасный? Я не уверена, что командир. Может, тот, у кого в руках круглый предмет? Почему бы…
Еще чуть-чуть — и будет слишком поздно, нутром чувствую. Я бью молнией, но не по людям, а в шар.
Раздается треск, вскрик.
Командир отряда направляет на подчиненного порыв ветра.
Так это был глиняный сосуд с отравой?
Мужчина падает, но я не успеваю порадоваться, что у меня на одного врага стало меньше. Командир отряда закручивает поток воздуха и направляет на меня. Он не пытался спасти подчиненного — он пытается добраться до меня.
И щит не поможет. Хотя заклинание будет разрушено, напитанный отравой воздух все равно окутает меня. Я задерживаю дыхание и судорожно вспоминаю, как вызвать ветер, но в голове, как нарочно, пусто.
Внезапно ветер рождается без моего усилия. Мощный поток воздуха разделяется на пять рукавов.
— Командир!