Сухая история вспыхнула в воображение чередой ярких кадров, от которых сердце застучало в груди сильнее. Волосы на затылке дыбом не встали, но мурашки неприятной волной скользнули по позвоночнику вниз.
Жоржетта, которая фарфоровой статуэткой всё это время украшала столик позади дракона, ожила и немигающим взглядом уставилась на гостя. Шэйм словно почувствовав, обернулся и явно остался удивлен.
— Это ещё что?
— Никогда не видел магических фамильяров?
Теперь моя очередь изображать из себя самую умную. Я многозначительно похлопала по пустому месту на кровати рядом с собой и Жоржетта с изяществом, присущим крупной жабе, прыгнула ко мне и забралась на колени, довольно квакнув.
— Твой фамильяр — жаба? — удивился он ещё больше, недоверчиво сполз со стула и опустился предо мной на корточки, пытаясь пальцам дотронуться до Жоржетты.
— Ква! — угрожающе откликнулась она и заметно раздулась в размерах, отчего дракон в моменте отпрянул.
— Не трогай её, она не любит чужих. А тебе, — я выразительно посмотрела на Шэйма, — стоит проявить уважение. Фамильяры — редкость. Не все могут рассчитывать на них, а личины — они не так важны, по какой-то неизвестной причине почти все они выбирают не самые изящные обличия.
— Не хотел тебя обидеть, красавица.
— Ква-ква-ва!
В отличие от Сури очаровательные ямочки Жоржетту не восхитили, она ощетинилась ещё больше.
— Что она сказала?
— Ничего литературного… — я рассмеялась, а Жоржетта, замерев статуэткой, так и осталась лежать у меня на коленях. Словно сторожила на случай, если дракон решит нарушить обещание. А он всё ещё сидел на корточках передо мной, рассматривая снизу, а я рассматривала его в ответ. Длинные темные ресницы отбрасывали тень, ровная линия губ, выразительные скулы. Стоит помнить, что передо мной универсальный солдат по разбиванию девичьих сердец. И всё равно хорош, не удивительно, что Колетт повелась. Я бы тоже могла…
— И как спаслись те, кто выжил? — спросила я, уходя от собственных мыслей.
— Кому-то удалось сбежать, затеряться среди людей, почти все они участвовали в перевороте, который привел к новейшей истории.
Шэйм поднялся на ноги.
— Вообще, я зашел убедиться, что ты не бьешься в истерике от перспективы оказаться одной из тех, кем не сможешь. Ты в порядке, и мне пора счастливо удалиться.
— Мне приятно, что ты волнуешься за мое душевное состояние, наставник. В роду Ди Луа, который тебе, кажется, хорошо знаком, были в основном огненные драконы, за исключением парочки с зеленым пламенем в далеком прошлом, я прекрасно знала это и без твоей истории про магическую клятву. Видишь, я не плачу от ужасной судьбы, а, наоборот, готова как можно скорее совершить оборот и расправить крылья.
— Тогда можешь считать, что я просто нашел повод зайти к тебе поздним вечером, — Шэйм сделал шаг вперед, но не ко мне, а по направлению к двери, весело подмигнув. Жоржетта оживившись, квакнула ему в ответ. Переводить я не стала, вместо этого отставила её в сторону и поднялась с кровати:
— Спасибо, что принес учебник и рассказал. Мне, правда, больше некого спросить.
— Хорошо, что у тебя есть такой блестящий наставник, как я. Обращайся, должница, днем и ночью… Я раскрою тебе все секреты.
Дракон ушел, а я выдохнула и вернулась на кровать, теперь уже удобно раскинувшись поверх покрывала. Жоржетта вернула себе живой облик и затоптала лапками по подушке, устраиваясь рядом с лицом. А я сунула руку под её удобное пристанище и достала дневник Элейн. Да, прятала я его не самым лучшим образом, но, с другой стороны, кто им воспользуется, даже если я не могу?
Шэйм, вероятно решил, что Риары — семья параноиков, а я вообразила себя избранной. Нет, дурак тот, кто не продумывает все варианты развития событий. Именно поэтому пальцы украшают защитные кольца. Хотя, признаюсь честно, рассказ про то, что драконов подвергали клятве — слегка обнадеживал. Пожалуй, стоит рассказать отцу, когда на выходные вернусь домой.
Я тут же вспомнила, что до сих пор не ужинала. Добралась до пакета с едой и достала содержимое. Забыв про приборы, я закинула первый кусок мяса в рот и проглотила, практически не жуя. Зеркало туалетного столика отражало влажные блестящие зеленые глаза и кривящийся от удовольствия рот. Первокурсники, у которых был нагло перехвачен пакет, а в этом я нисколько не сомневалась, позаботились как следует: два вида мяса и овощи. В конце я довольно облизнулась и промокнула рот салфеткой.
Сложно обманывать того, кто чувствует тебя лучше, чем ты сама, я пожала плечами.
— Меня волнуют его слова.
