– Хм… – Тот нахмурился, не ожидая, что Муан Гай так рьяно согласится на этот вариант. – Вы должны знать, что это может быть опасно для вас. Если вам не удастся вернуть старейшину Шена, то вы застрянете во сне вместе с ним. Я бы предложил подождать еще…
– Я не могу больше ждать! Говори, что делать! Немедленно!
Лунг Рит уже устал удивляться, поэтому просто оставил брови высоко поднятыми и принялся действовать. Поднявшись, он наполнил пиалу, а затем поднес ее Муану.
– Выпейте это, а затем… Затем вдохните его дыхание.
Муан приподнял бровь, но ничего не спросил. Он взял пиалу из рук старейшины Лунга.
Ал Луар набычился, ни в какую не собираясь отдавать учителя во власть этого человека.
– Уйди прочь! – Муан с силой толкнул его в грудь.
Удар содержал в себе немало духовной силы, поэтому Ал проехался по настилу несколько метров. Он быстро подскочил, хватаясь за меч и собираясь ринуться на старейшину пика Славы, позабыв о благоразумии, но Муан приказал:
– Ри Ан, проследи, чтобы этот малец не приближался!
Услышав приказ, ученик Муана загородил Алу дорогу и обнажил меч. Ал рыкнул, со злостью кидаясь на него.
Муан в один глоток осушил пиалу и склонился над Шеном, опершись руками на настил рядом с его головой. Он наклонился так низко, что почувствовал его слабое дыхание на своей коже.
Шен смотрел, как сине-зеленая вода пруда с карпами окрашивается в сплошной красный цвет. Карпов больше не было видно, кровь расползалась повсюду, багряные струи текли со скалы, кровоточила скульптура жабы.
– Нет! – пробормотал Шен, с отчаянием и какой-то детской обидой смотря на происходящее. – Не порти это место! Пожалуйста! Не порти воспоминания о нем!
Он не знал, кому кричит это. Шен схватился за голову, закрывая глаза.
– Нет, пожалуйста, пожалуйста, – шептал он. – Почему вы все такие жестокие? Я ведь никогда… Никогда больше не смогу наслаждаться им… Даже в воспоминаниях… Это будет омрачать их!..
– О чем ты говоришь? – недоуменно спросил Муан.
Шен долго стоял с закрытыми глазами, пока наконец не смог взять себя в руки и приоткрыть их. Как он и думал, ничего не изменилось: повсюду была кровь. Только Муан светлым пятном стоял рядом с водоемом, словно не замечая странностей.
– Я сказал, что это перестало привлекать меня, – увидев, что внимание Шена вновь направлено на него, повторил Муан.
– Что ты имеешь в виду? – побледнев, тихо спросил Шен.
Единственной яркой белой точкой посреди этого алого мира был Муан. Шен смотрел на него и чувствовал, как его мир накренился.
«Пожалуйста, не продолжай! Пожалуйста, не продолжай!»
Шен постарался улыбнуться и «беззаботным» голосом спросил:
– Ты не хочешь быть здесь… или рядом со мной?
– Ты прав.
Прав… Мир покрывался сеточкой трещин, словно надтреснутое стекло.
И любое неосторожное движение заставит его обвалиться.
Он думал, что его гордость не позволит сказать больше ни слова. Благоразумнее развернуться и уйти, оскорбиться, обидеться, лелеять свою печаль… Но вместо этого потрясенно-расширенными глазами смотрел на застывшего перед ним Муана. Тот хмурился, словно ему не нравилась ситуация, в которой он оказался, но он ничего не мог с этим поделать.
Мир вдруг обрел кристальную четкость. Все остальное перестало иметь значение.
– Ты говорил, что мы друзья… Что…
– Тебе так только казалось.
Дыхание перехватило.
«Казалось? Правда? Я все это время слышал лишь то, что хотел?»
Шен больше не мог прямо смотреть на Муана, он перевел взгляд на окровавленный водоем.
«Ты… ты не мог выразиться мягче? Разве не видишь… разве не видишь, что убиваешь меня?»
– Я просто не буду приходить, ладно?
Стоило… стоило ему только решиться поверить, как… Верить было нечему.
Теперь все должно исчезнуть.
– Я… я…
– Ты сам все придумал! – зло выкрикнул Муан. – Я ничего не обещал тебе!
– Люди… люди уходят, – с трудом произнес Шен.
Уголки его губ дергались, пытаясь сложиться в улыбку, но вместо этого получался нервный тик.
Он говорил это не для Муана, а просто… просто чтобы пережить это.
– Таков… естественный порядок вещей. Ничего… ничего не поделаешь. Никого… никого не останется.
Муан смотрел на него, как на раздражающую помеху, от которой давно следовало избавиться. Мертвый груз, тянущий ко дну.
Гордость всего лишь иллюзия. Шен бросился к нему, когда Муан уже развернулся, чтобы уйти. Ему было все равно, насколько это жалко.
– Ты всегда делаешь то, что хочешь! – фыркнул Муан, выдергивая из захвата руку. – Зачем мне быть твоим другом? Невыносимо!
– Не говори так! – Шен еще сильнее вцепился в его предплечье. – Я тебе не верю!
Глаза Муана налились кровью, бешенство, охватившее его, было столь сильно, что на лбу вздулись вены. Он перехватил руки Шена, вырывая свое предплечье, и оттолкнул его прочь.
Шен отступил на шаг, врезавшись в парапет и чуть не упав в водоем, полный крови.
– Ты мне не веришь? – зло глядя на него, переспросил Муан. – Что, думаешь, кто-то угрожает мне, заставляя говорить такие вещи?
– Почему тогда ты так переменил свое мнение?!
