Валентина, к удивлению следователя, повела себя спокойно. Она не стала рвать на себе волосы и валяться по полу. Только и проговорила каким-то безжизненным бесцветным голосом:
– Я знала, что Андрюши больше нет.
– Откуда? – спросил следователь.
– Сердце материнское не обманешь, – горько вздохнула женщина.
– Но простите, – осторожно проговорил следователь, – вы ведь ему не мать, а сестра.
– Так-то сестра, – согласилась она, – но я растила его с малолетства и потому была ему матерью. Это чувство так и осталось со мной, – она приложила руку к сердцу.
– Вы не знаете, у вашего брата были враги?
– Враги? – недоверчиво проговорила женщина, потом грустно усмехнулась: – Откуда же им было взяться у Андрюши.
– Например, конкуренты в бизнесе, – подсказал следователь.
– Нет, они как-то мирно сосуществовали, – ответила Валентина. – Андрей дорогу никому не переходил. Бизнес свой вёл честно. Ни у кого куска изо рта не вытаскивал.
– А из персонала его фирмы никто им обижен не был?
– О чём вы говорите! – отмахнулась Валентина Юрьевна. – Персонал на него чуть ли не молился. Сами подумайте! И зарплата достойная, и условия труда. Путёвки летом давали семейные на отдых в летнем лагере, половину стоимости оплачивала фирма.
– Да, – согласился следователь, – если верить вашим словам, то такого работодателя поискать ещё.
– А вы верьте! Я вас не обману.
– Но ведь кто-то его всё-таки убил.
– Я ума не приложу, кто мог это сделать. – Из глаз женщины выкатилась слезинка. И она тотчас, словно застеснявшись присутствия чужих людей, стёрла её со щеки тыльной стороной ладони.
– Может быть, ваш брат подобрал на дороге какую-нибудь девушку, – осторожно высказал предположение следователь. И быстро добавил: – Допустим, он хотел её подвезти.
Но Валентина поняла его первоначальную мысль правильно и ответила сурово:
– Мой Андрей не такой!
– Ну да, ну да, – пробормотал следователь, всем своим видом показывая, что все, мол, не такие.
– У Андрея была невеста! – отрезала Гурьянова. – Анна! И они очень любили друг друга. В первый день лета у них должна была состояться свадьба!
– Я понимаю, – вздохнул следователь, – но и вы меня поймите. Ни для кого не секрет, что некоторых мужчин буквально заклинивает перед свадьбой. И они не упускают ни одного шанса оторваться перед полной потерей свободы.
– Глупости! – прикрикнула на него Валентина. – Я уже вам сказала, что мой Андрей не такой! Он любил Аню и никогда не позволил бы себе оскорбить её неверностью.
– Однако вашего брата всё-таки кто-то убил, – напомнил следователь.
– Да, я понимаю. – Женщина уронила голову на руки и теперь уже заплакала, не стесняясь следователя.
Он засуетился возле неё, налил ей воды:
– Вот, выпейте, пожалуйста, Валентина Юрьевна. Успокойтесь. Сосредоточьтесь на том, кто всё-таки мог желать зла вашему брату. Нам очень нужна ваша помощь.
Валентина перестала плакать, подняла залитые слезами глаза на следователя и сказала:
– Вы вот спрашивали о врагах Андрюши.
– Да. Вы что-то вспомнили?
– О врагах нет. О друзьях вспомнила.
– О друзьях? – не понял следователь.
– Да, об одном друге Андрея, можно сказать, единственном. Другие так, – она небрежно махнула рукой, – приятелями ему были. А с этим Андрей был неразлейвода.
– И кто же это? – всё ещё не понимая, куда она клонит, спросил следователь.
– Данила Богуславский.
– И что же, этот Богуславский мог желать смерти своему близкому другу?
– А почему нет, – пожала плечами Валентина.
– Но зачем? Должна же быть какая-то причина. И притом веская.
– Причина была, – чуть ли не шёпотом ответила женщина.
– И какая же? – продолжил допытываться следователь.
– Богуславский влюбился в невесту Андрея Анну Суздальцеву и хотел забрать её себе любой ценой!
– Что заставило вас так думать? – В голосе следователя были слышны нотки сомнения.
– Андрей припёр Данилу к стенке, и он сам ему признался, что любит Анну.
– Но вы намекнули насчёт цены, – напомнил следователь.
– Да! Он даже послал ей на Валентинов день анютины глазки! – почти выкрикнула женщина.
– Простите? – заморгал ресницами следователь. – Я не понял, что он ей послал?
– Анютины глазки! Цветы такие!
– Не вижу криминала. – Следователь явно был растерян.
– Разве вы не знаете, – возмутилась женщина, – что анютины глазки посылают девушке на Валентинов день, чтобы приворожить её?!
– Нет, простите, – развёл руками следователь, – я не знал этого. Но это же чушь! – помимо воли вырвалось у него.
– Может быть, и чушь, – сердито проговорила женщина, – но факт остаётся фактом!
– Каким фактом?!
– Данила хотел приворожить Анну! Но у него ничего не вышло.
– И не могло выйти… – насмешливо проговорил следователь.
Валентина кивнула, словно соглашаясь с ним, и сказала:
– Тогда Данила решил избавиться от Андрея!
– А вот это уже серьёзное обвинение. Однако, чтобы обвинить Богуславского в убийстве вашего брата, одних предположений и догадок мало.
– Какие там догадки! – нетерпеливо махнула рукой Валентина. – Они же накануне встречались!
– Анна с Данилой?
– Да, нет же! Андрей с Данилой!
