Шейла родилась у Залива. Фриско, поверженный волнами океана и яростью зверей Бойни, умирал уже более полувека. Но все еще, гниющий каждой улицей и каждым домом, жил. Наполнял воздух миазмами разлагающихся внутренностей кварталов, дышал, свистя и хрипя изрешеченными чахоткой легкими фортов КША. Выблевывал каждую минуту нового выродка из мертвородящей утробы и убивал редких ангелов, забредших в него по неопытности или благодаря чуду.
Лох-Мара, с самого начала Бойни жившие, как полтысячи лет назад, кланом, город не любили. Город создавал им много неприятностей. Но и давал жить.
Лох-Мара гнали самогон, хороший крепкий виски. Из чего угодно, включая апельсины и китайский клубень дайкон. Апельсиновый виски звучит, конечно, глупо, но покупали его охотно. Апельсиновый пился резко, но зато и оставался в голове дольше. Шейла с самого детства ненавидела собирать апельсины, засыпать апельсины тростниковым сахаром, мять апельсины. Запах апельсинов и запах дерьма находился для нее примерно на одном уровне ненавистных дряней.
В четырнадцать, на ее конфирмацию, в гости приехали кузены с дальнего форта. КША готовились рухнуть под ударами ошалевших безумных янки, и братцы решили бежать, пока не поздно. Винсент, Квентин и Кевин. Близнецы Кавана, белокурые ублюдки.
Причастие, слова отца Домиана, настоящего священника англиканской церкви, а не какого-то там пресвитера Новой. Маленькая церквушка клана, забитая под завязку, вместила всех желающих, включая соседей. Пятеро юных Лох-Мара: Шейла, Роб, Майки, Мара и Брюс. Она навсегда запомнила тот день, воистину прекрасный день. Чертов ублюдочный день.
Кузены заявились не одни, они притащили с Алабамы четырех реднеков, самим Козлоногим заброшенных к Фриско. Кто из них начал мерзкое дело, Шейла не помнила. Зачем? Все просто: из-за денег. И страха. Страха перед будущим.
Если бы мужчины клана взяли с собой оружие, все случилось бы иначе. Но это же конфирмация и святая церковь. Кавана и их друзья плевать хотели на Господа и заповеди и обычаи.
Выйти из церкви не дали никому. Грохот «ремингтонов» заглушил крики и плач. Но убили они не всех. Шейле и Маре не повезло. Все остальное она постаралась забыть, выкинуть из головы, запереть на тысячи замков и утопить ключи. Но прошлое возвращалось во снах еще долго. Лет пять. И тогда Шейла просыпалась и плакала, молча, грызя тюфяк.
