Мои глаза распахнулись, руки взметнулись, словно крылья хищной птицы, и тьма вздыбилась вокруг множеством разящих клинков. Твари отпрянули, будто вспорхнувшие бабочки. Магия, вкусившая моей ярости, отбросила их, освободив дорогу своему хозяину. Недолго думая, я бросился вперед, едва различая перед собой стволы деревьев. На очередной коряге нога предательски подвернулась, но боль оказалась не настолько сильна, чтобы помешать мне бежать дальше. За спиной слышалось хриплое хихиканье и гадкий старушечий смех. Твари нагоняли, двигаясь все так же беззвучно. Я слышал лишь стук крови в ушах и собственное дыхание загнанной лошади.
Внезапно откуда-то сверху камнем обрушилась тяжесть, придавив мое тело к земле. Кто-то из нечисти прыгнул мне на спину и сдавил шею цепкими скользкими пальцами. Я рухнул навзничь в надежде придавить существо, но оно держало крепко и хохотало на ухо утробным бесполым голосом. Запах сырой земли ударил в нос. Лесной дух! Почему же он так материален?!
Надо мной склонились десятки уродливых лысых карликов с длинными крючковатыми носами. Их беззубые рты, во тьме казавшиеся черными провалами, кривились в зловещих ухмылках. Нагие тела напоминали мальчишечьи, но уж слишком… искореженные.
От запаха сырой земли закружилась голова. Когти твари, обхватившие мою шею, вонзились в кожу, отчего маска, по привычке повязанная на шее, намокла от крови. Морды лесных духов плыли перед глазами, кружась и наслаиваясь друг на друга. Либо я был близок к обмороку, либо это они морочили меня.
Звон колокольчиков, раздавшийся поблизости, ударами молота отозвался в ушах. Лесные духи почтительно расступились, и в поле моего зрения возникла высокая фигура в черной мантии. Все внутри похолодело, стоило вглядеться в черное лицо существа. Свет горящих алым огнем глаз вспарывал тьму вокруг, освещая гладкое, будто глиняный кувшин, лицо и хищную ухмылку. Мантию демона усеивали колокольчики, звонкие переливы которых звучали мелодией неминуемой гибели. Существо нарочито медленно приближалось, будто палач на прилюдной казни. Его тошнотворно кислый запах пробирался в ноздри, парализуя и отдавая мое тело на откуп неизвестной твари.
Из-под мантии демона показались черные руки с длинными изломанными пальцами. Он устрашающе воззрился на лесного духа, отчего тот пискнул и поспешно выполз из-под меня. Тварь хмыкнула и вцепилась в мое горло с поразительной ловкостью. Скрюченные пальцы обладали устрашающей силой, они впивались мне в кадык, норовя вдавить его вглубь шеи и сломать ее, словно сухую ветку. Из моего рта вырывались неясные хрипы, отчего на уродливом лице демона расплылась хищная усмешка.
Когда легкие, казалось, разорвало в клочья, как и мое спутанное сознание, совсем рядом раздался громкий скрежещущий звук. Он звучал громогласно и… повелительно. Будто бы одна из лесных тварей что-то приказывала другой. Впрочем, мне это могло и почудиться…
Внезапно хватка демона ослабла, и его пальцы исчезли с моей шеи, оставив после себя удушье и привкус крови во рту. Звякнув всеми колокольчиками, он угрожающе рыкнул мне в лицо, вскочил на ноги и умчался, затерявшись между деревьями.
Я закашлялся, перевернувшись на бок, и сплюнул вязкую слюну. Перед глазами все еще рябило, и кромешную мглу расчерчивали разноцветные точки. Я ждал нападения следующей твари, отчего из последних сил взметнул вокруг себя стену теней. Она пила из тела последние капли жизненной силы, отчего веки предательски потяжелели, поддаваясь сну, а в грудь вновь перестал поступать воздух. Я изнемогал от слабости, но до боли впивался ногтями в землю, не позволяя себе провалиться в небытие. Странно, но ни одна тварь не бросилась на меня. Защита стояла спокойно, подергиваясь мирной рябью.
– От кого ты защищаешься, лихомор? Здесь никого нет, – мелодичный женский голос ворвался в мои мысли, заглушив каждую из них. Я вздрогнул и прислушался, не в силах бороться с тяжестью век. До этой ночи единственным лесным обитателем, побывавшим у меня в голове, был Шурале. Тем временем голос хихикнул и продолжил: – Кроме меня, конечно же. Опускай стену. Я тебя не трону.
– О да, очень умно верить нечисти, – фыркнул я.
– Сам ты нечисть. Я, между прочим, дочь хозяина леса, – возмутился голос.
– Твой отец пообещал меня убить.
– Знаю, – вновь хихикнула девушка. – Он обещал убить, а я помогала Мауре и Амаль тебя спасать. Ты – тот самый Ингар, правда?
Решившись, я опустил защиту. Свежий лесной воздух хлынул в ноздри, проветрив и мысли, а нетвердый взгляд тем временем обшарил опустевшую поляну в поисках дочери Шурале. Ее тень обнаружилась за одним из деревьев. Во мраке я не смог разглядеть ничего, кроме горбатой спины и белоснежных волос. Заметив мой внимательный взгляд, она настороженно приблизилась. Белое изношенное платье болталось на костлявой фигуре, прикрывая обвисшую грудь. Лицо дочери Шурале было уродливым, но молодым. Она двигалась медленно и напряженно, будто сама остерегалась меня.
– Это ты отогнала их всех? – вновь откашлявшись, спросил я.
– Я. Джанголос задушил бы тебя, – отозвалась дочь хозяина леса.
