Наутро леди Презмира пришла просить аудиенции у Короля, и когда ее впустили, встала перед ним во всей своей красе и великолепии.
– Милорд, я пришла сюда выразить свою благодарность, ибо вчера на пиру не представилось случая. Конечно, это нелегко, ибо благодарю тебя я, а не Корунд. Можно подумать, что я забываю о том, что именно он завоевал это королевство и заслужил его корону. Но если я буду говорить иначе, покажется, что я преуменьшаю твою щедрость, о Король, а неблагодарность – отвратительный порок.
– Миледи, – ответил Король. – Нечего меня благодарить. До моих ушей доходят трубные сигналы о великих подвигах.
Она рассказала ему о письмах, которые получила от Корунда из Бесовии, и сказала:
– Всем ясно, милорд, что ты в наши дни покоряешь все народы и назначаешь новых королей править твоими вассалами от твоего имени, тем умножая славу Карсэ. О Король, сколь долго может нас оскорблять злостный сорняк Демонланда, до сих пор не вытоптанный нами?
Король не произнес ни слова, лишь слегка оскалил зубы, как тигр, которому помешали за трапезой.
Но Презмира упрямо продолжала:
– Милорд, не гневайся на меня. Я думаю, что верный слуга, обласканный господином, должен искать повод еще раз услужить ему. А где еще сможет выдвинуться Корунд, служа тебе, как не на западе, возглавив флот и поведя воинов в победоносный поход, дабы умножить славу, добытую тобой в прошлом мае?
– Госпожа, – ответил Король. – Здесь решаю я. Когда мне понадобится твой совет, я скажу тебе. Но не сейчас. – Он встал, как бы заканчивая беседу, и добавил:
– Я намереваюсь поохотиться сегодня. Мне сказали, что у тебя есть сокол, который летает выше лучших соколов Кориниуса. Не хочешь ли ты натравить его сегодня на цаплю?
– С радостью, Король, – ответила она. – Но все же я умоляю тебя, вдобавок ко всем твоим милостям, выслушать еще одно мое слово. Что-то мне подсказывает, что ты уже принял решение по этому походу, и, судя по тому, как ты отстраняешь меня, я думаю, что ты хочешь назначить не Корунда, а кого-то другого.
Король Горайс смотрел на нее так же мрачно и неподвижно, как его мрачная крепость созерцала ясное утро. Солнечные лучи лились через бойницы восточного бастиона и бросали красно-золотистые отблески на ее пышные волосы, отражаясь в алмазах прически. И Горайс сказал:
– Представь, что я садовник. Я не прошу советов у бабочки. Пусть радуется, что для ее удовольствия есть розовые кусты и красная заячья капуста. Если ей этого мало, я дам ей еще, по ее просьбе. В Карсэ бывают маскарады, пиры и любые развлечения. Но война и политика не для женщин.
– Ты забываешь, о Король, – сказала леди Презмира, – что я сейчас посол Корунда.
Однако, заметив, как он помрачнел, поспешно добавила:
– Но это не все, о Король. Я буду с тобой откровенна, как день. Он настаивает на походе, но не на том, чтобы самому возглавить его.
Король зло взглянул на нее, перестал хмуриться и произнес:
– Рад слышать.
Затем добавил:
– Знай и радуйся, госпожа, что приказ уже выдан. Еще до прихода зимы Демонланд будет у меня под пятой. Напиши своему лорду, что я исполняю его желание.
Глаза Презмиры победно засияли.
– О радостный день! – воскликнула она и спросила: – Мое тоже?
– Да, если ваши желания совпадают, – ответил Король.
– Ах, ты знаешь, что мое, как борзый конь, скачет впереди.
– Тогда сдержи его, миледи, – сказал Король. – Пусть скачет в упряжке. Как ты думаешь, почему я послал Корунда в Бесовию? Он умен, и храбрость его благородна, он может управлять большим королевством. Ты хочешь, чтобы я, как избалованное дитя, вырвал у него Бесовию, как недошитую игрушку?
Прощаясь с ней с изысканной учтивостью, он сказал:
– Мы обязательно встретимся с тобой, миледи, за три часа до полудня, – потом ударил в гонг, вызывая начальника стражи: – Проводи королеву Бесовии. И пусть герцог Корсус немедленно придет ко мне.
За три часа перед полуднем лорд Гро встретился с Презмирой у ворот внутреннего двора. На ней был охотничий костюм из темно-зеленого шелка с узкой оборкой, обшитой жемчугом. Она сказала:
– Ты с нами, милорд? Я к тебе так привязана. Я знаю, что ты не любишь охоту, но ты должен спасти меня от Кориниуса. Непонятно, почему, он все утро надоедает мне странными любезностями.
– В этом, как и в больших делах, я твой покорный слуга, о Королева. Но у нас еще есть время. Король будет готов не раньше, чем через полчаса. Он заперся с Корсусом, наверное, обсуждают вооружение войска перед походом на демонов. Ты слышала?
– Я не глухая, – сказала Презмира. – Все колокола в Карсэ уже звонят.
– Увы! – вздохнул Гро. – Мы так долго бодрствовали вчера вечером, и все утро пронежились в постели.
– Не я, – сказала Презмира. – Хотя я сейчас злюсь на себя за это.
– Как? Ты встретилась с Королем до совета?
Она утвердительно наклонила голову.
– И он отказал тебе?
– С безграничным терпением, – сказала она, – и бесповоротно. Милорд Корунд остается в седле в Бесовии, пока не усмирит ее полностью. Правду сказать, я думаю, что в этом есть смысл.
Гро сказал:
– Ты принимаешь это с таким благородством и благоразумием, как я и ожидал.
Она засмеялась.
