Когда он, наконец, вылезал из лаборатории, то сначала падал в кресло, молча глотал обжигающе горячий чай, не притрагиваясь к ужину и не обращая на нее никакого внимания. Хотя Диана чувствовала, что ему приятно ее присутствие, о чем говорили расслабленное выражение лица и ставший почти родным за столь короткое время жест, когда он устало откидывал голову на спинку кресла и запускал пальцы в волосы, отбрасывая их с лица. Затем лениво поднимался и также молча отправлялся в ванную, чтобы смыть с себя запахи лаборатории. И только после этого делал вид, что только что заметил ее присутствие — сначала бросал какую-нибудь едкую фразу, а затем привлекал ее к себе, усаживая рядом с собой на диван, где они проводили остатки вечера, а иногда и всю ночь.
Она не знала наверняка, насколько глубоко въелась в его память эта Лили Эванс, и есть ли у нее самой какие-либо шансы полностью вытеснить воспоминания о безвременно погибшей женщине. Первое время она боялась, что Снейп в забытьи назовет ее чужим именем, но этого не происходило. Он был очень нежен с ней и внимателен, и она, в силу неистребимой дурацкой привычки все анализировать, гадала, со всеми ли своими женщинами он был так нежен или его чувства к ней — все же особенные. Конечно, ждать от Северуса признаний в любви было бы наивностью, и она этого не ждала, пытаясь прочесть все по его глазам, когда он смотрел на нее, по его учащавшемуся дыханию, когда она, видя, что он пребывает в скверном настроении, осторожно целовала его, заставляя расслабиться, по тому, как он прижимал ее к себе после занятий любовью. В такие минуты она думала, нет, знала, что нужна ему по-настоящему, нужна именно она, а не просто абстрактная женщина, живое существо «под боком».
Иногда он словно застывал внутренне, погружаясь в какие-то свои, явно невеселые мысли. В такие минуты лицо его будто каменело, а в глазах появлялось почти затравленное выражение. На ее попытки вывести его из этого состояния он не реагировал или реагировал странно — уходил сам или резко просил уйти ее, категорически не желая делиться своими переживаниями с ней (она, впрочем, и не настаивала). Лишь один раз Северус туманно бросил, что лучше бы она держалась от него подальше, чтобы не было хуже. На вопрос же, кому будет хуже, не ответил и ушел, хлопнув дверью. А ей оставалось только вздыхать и мучиться неизвестностью и невозможностью хоть как-то помочь ему.
Вдобавок ко всему Диане не давал покоя вопрос местонахождения Варвика, Розье и Перкинса-старшего. И как бы ни опасалась она его реакции, все-таки ей пришлось начать этот разговор, со всей возможной осторожностью.
— Северус, — окликнула она его, после того, как домовик унес остатки ужина и они расположились на диване в гостиной, том самом, на котором она лечила его после налета на Министерство этой осенью, — а кто такой Розье?
— Ивен Розье? — он поднял бровь, явно удивляясь, почему она интересуется личностью давно убитого Упивающегося смертью. — Был один такой отморозок, один из сторонников Темного Лорда. Муди прикончил его еще в первую войну. А зачем он тебе?
— Да так, — она неопределенно пожала плечами, торопливо выставляя в сознании незаметный, но прочный «щит». — Говорят, у него есть младший брат, мой ровесник. Тогда почему он не учился с нами? Он — сквиб?
— Нет, насколько я знаю, Розье-младший учился в Дурмштранге, — Снейп уже пристально изучал ее лицо, хотя пока не пытался проникнуть в ее сознание.
— А-а, — Диана все также старалась глядеть мимо него, изображая задумчивость. — А кто такой Варвик? Тоже Упиванец?
— Один из них.
— А где он живет? — вырвалось у нее, и она тут же прокляла себя за поспешность.
Повисла довольно долгая и настораживающая пауза, после чего Снейп высвободил свое плечо из-под ее головы и развернул ее за локоть лицом к себе. Под его взглядом она невольно поежилась.
— Зачем тебе Варвик? — резко спросил он, продолжая стискивать пальцами ее руку повыше локтя, и в этот момент Диана ощутила в области лба неприятное покалывание — Снейп явно почуял неладное и решился-таки применить к ней легиллименцию.
— Да не нужен мне этот Варвик, — отмахнулась она, пытаясь высвободить руку из его железных пальцев. — Просто кое-что вспомнила, он у нас проходил по одному делу…
Ложь получилась на редкость неубедительной, и Северус тут же дал ей это понять.
