Диана отвела взгляд от девушки и постаралась шумно сглотнуть, чтобы продемонстрировать то, как «он» впечатлен красотой и соблазнительностью Дезире. Мадам Брунхильда между тем перешла к делу:
— Деньги вперед. Сначала за один час, если будете продлевать, эльф зайдет в комнату и ему вы доплатите. Сбегать, не заплатив, не советую, может плохо кончиться для вас. За нетрадиционный секс — особая такса, — тараторила она, не давая «клиенту» опомниться. — Если вас интересуют подобные игры — советую заплатить за них прямо сейчас.
— Нет, я… — Диана как можно более смущенно отвела взгляд в сторону, попутно прикидывая, что здесь вкладывается в понятие «нетрадиционный секс», а не вовремя расшалившееся воображение уже почему-то подсовывало разнузданные картинки, увиденные ею еще подростком в фильме «Калигула». — Мне подойдет традиционный…
— Отлично, — хозяйка борделя впервые улыбнулась, протянула пухлую ладонь и выразительно пошевелила пальцами. Диана торопливо сунула руку в карман свой мантии, вынула приготовленные пять галеонов и опустила монету в подставленную руку. Поучив плату, Брунхильда развернулась и неторопливо удалилась за ту самую ширму, из которой ранее выплыла. А Дезире взяла Диану за руку и промурлыкала:
— Пойдем, котик, — после чего повела ее куда-то вглубь коридора. Оказавшись у подножия узкой деревянной лестницы, Дезире прижалась своим соблазнительным бюстом к плечу Дианы и с придыханием прошептала:
— Как ты любишь, красавчик? — и провела кончиками острых и длинных ногтей по ее подбородку.
Диана снова сглотнула, на сей раз по-настоящему, чувствуя учащение сердцебиения и недвусмысленное стеснение в штанах. То, что молодое здоровое мужское тело, которое она сегодня взяла «напрокат», совершенно адекватно реагирует на близость красивой полуобнаженной женщины, стало не самым приятным и, главное, неожиданным сюрпризом. Отстранившись от красотки, она пробормотала:
— Придем к тебе — тогда расскажу…
Комната Дезире находилась на втором этаже, в самом конце коридора и обставлена была с куда бОльшим вкусом, нежели передняя — мебель в стиле Людовика XVI в коричневых и кремовых тонах, широченная кровать, застеленная покрывалом цвета чайных роз и белый пушистый ковер на полу. Закрыв за собой дверь, девушка снова провела пальцами по лицу «клиента», после чего ее руки потянулись вниз, к выразительной выпуклости чуть пониже брючного ремня. Но Диана совершенно не горела желанием узнать, что чувствует возбужденный мужчина, когда до него дотрагиваются «там», справедливо полагая, что этот неожиданный, хотя и весьма познавательный (при других обстоятельствах) опыт сейчас может быть чреват потерей самоконтроля и погубит всю ее затею. Она мягко отвела руки Дезире от себя и произнесла как можно более спокойным тоном:
— Погоди, не так быстро.
Дезире наморщила носик и фыркнула:
— А ты часом не девственник?
«О-о, в некотором смысле еще какой!» — усмехнулась про себя Диана. Как ни странно, привычная самоирония немного снизила возбуждение, грозившее сейчас стать для нее большой проблемой из-за того, что было совершенно незнакомым ощущением. Она медленно вытащила палочку и, покосившись на Дезире, которая в это время наливала в бокалы красное вино, наложила за дверь «коллопортус».
— Зря стараешься, — сказала она, протягивая бокал Диане. — Сюда все равно никто не войдет, не принято. Пей.
Диана, продолжая сжимать в руках палочку и глядеть на Дезире, поднесла бокал к губам. Дождавшись, когда девушка выпьет свое вино почти до дна, наставила на нее палочку и едва слышно произнесла:
— Империо!
Взгляд тут же Дезире потерял живость и стал пустым и бессмысленным, а на губах появилась слабая, чуть глуповатая улыбка. Она безвольно опустила руки, выронив бокал на ковер, и уставилась куда-то в угол комнаты. Диана на всякий случай толкнулась легиллименцией в ее разум, чтобы проверить, не изображает ли девица жертву заклятия Подвластия, и, убедившись, что все в порядке, сказала, указав палочкой в сторону кровати:
— Садись.
Дезире послушно поплелась к кровати и села на краешек. Диана взяла один из стульев, поставила его рядом с сидящей Дезире, и села на него верхом.
— А теперь рассказывай все, что знаешь про Филиппа Розье.
— Что рассказать? — голос девушки стал таким же невыразительным, как и ее взгляд.
— По каким дням здесь бывает, во сколько приходит, как долго сидит. Посещает ли других «девочек». Приводит ли дружков.
Дезире ровным, будто отвечая скучный урок, голосом начала рассказывать:
